Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

Профиль пользователя: Андрей Авдей

По убыванию: гг., %, S ;   По возрастанию: гг., %, S

09.06.2019, Новые истории - основной выпуск

Бухини. Преображение.

Практически на любом предприятии, особенно там, где используется низко квалифицированный труд, пьянство работников – это бич. А увлечение алкоголем работниц – вообще отдельная песня.

Предвидя яростные вопли феминизнутых, заявляю - я противник равноправия в части беспросветного «кирялова». Все-таки женщина – это хранительница очага, Берегиня, а не краснолицая бухиня.

Раньше сталкиваться с плодово-ягодной кастой мне не доводилось. А сейчас по должности приходится общаться очень плотно, особенно с дамами – чернильницами, создающими проблемы с завидным постоянством. При этом, не поверите, иногда я ими просто восхищаюсь.

Итак. Способность к преображению у крепленых фей вызовет зависть любого. Сегодня она, невнятно бормоча под нос и спотыкаясь, пытается рассмотреть дорогу сквозь опухшие веки, а завтра… - Простите, не была на работе, возникли проблемы личного характера.

В кабинете, смущенно опустив глаза, замерла синеклювая лебедь. Если бы я не знал, что за предыдущие семь дней она сделала план вино-водочному отделу магазина, ни за что бы ни поверил. Судите сами.

Последствия бурного застолья на лице старательно укрыты тональным кремом и пудрой, глазки подведены, бровки домиком, накрашенные губки – бантиком. Сияет, как транспарант. А во взгляде искрятся наивность и воистину детское удивление. - Уволите по статье? А назад возьмете? Больше так не буду, клянусь. - Приходите в понедельник, посмотрим. - Спасибо. Я как раз закрою остальные вопросы.

Пошел третий месяц. Не появляется. Наверное, еще не справилась с валом забот и проблем. А вино-водочный отдел выполняет план.

Автор: Андрей Андрей

20.03.2019, Остальные новые анекдоты

Если Джигурда сделает каминг-аут и женится на Тимоти, сколько оргазмов испытает Малахов?

19.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Гастрит мозга у препода.

Учились у меня когда-то три спортсменки-волейболистки. Играли девушки в команде очень крупного предприятия, занимали какие-то места. Понятное дело, им было не до занятий. Но две все-таки сдавали экзамены неплохо, а вот третья…

Алинушка – краса поднебесная, гениальность двухметровая. Как и все волейболистки, крепкая, мускулистая, но, простите, учиться ей было нужно совсем не на экономиста. И даже не на постригателя кустиков. Проще было не учиться вообще. Себе бы время сохранила, а преподавателям нервы. Как она доковыляла до третьего курса, сложно понять. Но судный час настал – мой предмет.

Экзамен письменный. Семь задач, три часа. Время вышло, работы сдали. Сижу, проверяю. От Алины – чистый листок. Ладно, учитывая, что меня предупредили заранее, дал возможность пересдать с другой группой, придержав ведомость. Чистый листок. Третья попытка, еще с одной группой. Чистый листок. Четвертая – результат аналогичный. А деканат орет – закрывай ведомость. Закрыл, понятное дело, с двойкой.

Тут же прилетел какой-то начальник с завода. Долго размахивал пузом и гневно потрясал щечками:
- На Алинушку команда молится. У нее страшный удар, никто не берет. Без нашей красавицы мы не победим!
- Вы? – удивился я.
- Ну, - смутился оратор, - это в общем. Прошу, пойдите на встречу.
- Сделаю все, что смогу, обещаю.

К слову, об ударе Алины ходили легенды. Например, однажды после тренировки девушка присела отдохнуть в парке. Может, увлеклась кормлением белочек, может, повторяла азбуку в уме, но момент явления пьяных берендеев прошел незамеченным. Те же, увидев скучающую красу, воспылали безумной страстью и желанием унять телесный зуд прямо здесь и прямо сейчас.

Дальше было как в сказке. Поднялась Алина, а мужики ей смотрят в пупок и диву даются: куда девка исчезла-то ? А тут из-за леса, из-за гор возьми и прилети. Это наша героиня взмахнула сперва левой рученькой, а потом правой. Вскоре и неотложка подоспела. С тех пор бедняги не пьют и каждую неделю ходят в церковь.

Мораль проста – с этой волейболисткой надо быть поосторожнее, а то заколотит в пол по самые бакенбарды. Кстати говоря, обещание, данное начальнику, я сдержал. Мало того, проявил разумную инициативу.

Итак, получив направление на пересдачу (почему-то одной Алине его не доверили), мы приступили к экзамену:
- Вызвал декан, вернусь через два часа, не раньше, только не списывать, понятно?
- Ага.
Сдала чистый листок. Значит, конспекта нет и с соображалкой туго.

Вторая попытка:
- Алина, уезжаю в гороно, на столе мои лекции, там есть решения экзаменационных задач, их не трогать, понятно?
- Ага.
И опять чистый листок. Ясно, и намеков не понимаем. Проще достучаться до небес, но я не унывал.

Третья попытка:
- Алина, вот три задачи с решениями, а мне пора на лекцию, понятно?
- Ага.
Угу, блин! Снова чистый!

Четвертая попытка:
- Алина, здесь две задачи! С решениями! Просто перепишите! Вернусь через час, понятно?
- Ага.

Мне кажется, тот билет запомнил наизусть даже плафон, но девушка упрямо сдавала чистый листок. Ну не прошибаемая. Пришлось с двойкой закрыть первое направление на пересдачу. В деканате вздрогнули: таким темпом и отчисление не за горами.

Тут же появился старый знакомый с завода. Похудевший, осунувшийся и с подбитым глазом, он горестно умолял:
- Да поставьте ей три!
- За что? – возмутился я, - намекал списать – не поняла, давал списать – не взяла.
- Может, вы сами?
- Еще чего! Кстати, что с глазом?
- Это Алина, – всхлипнул мужик.
- Вы серьёзно? – рехнуться, что у них там происходит.
- Нет, сам виноват. Зашёл в спортзал, а она как раз била по мячу. В общем, не повезло. Роковая случайность.
- Точно?
- Честно-честно, - затараторил несчастный, - со мной все в порядке. Даже ходить начал, на третий день. Может, все-таки договоримся? Вам-то хорошо, вы преподаватель.
- Так и вы начальник.
- Ага, - снова всхлипнул мужик, - только ей этого не объяснишь.
- Ладно, вот задача с решением. Пускай хотя бы перепишет.

На следующий день, усадив Алину, я искренне пожелал ни пуха. А спустя полтора часа с недоумением рассматривал (опять!) чистый листок. Это означало только одно:
- Я устал, я ухожу, а вы движетесь в сторону отчисления.

Девушка скрипнула зубами и сжала кулаки. Блин! Если она сейчас рассвирепеет, повторю подвиг тех берендеев.

Поэтому я осторожно выдохнул, аккуратно сел напротив и заорал:
- Алина, мля! Достала, мля! У меня уже гастрит мозга, мля! По ночам снишься …
- Мля, - закончила девушка.
- Ты и другие слова знаешь? Чудны твои дела, Господи. В общем так. Что сегодня заслужила, только честно?
- Три, - уверенно выдала Алина, - за то, что я здесь

Она умеет говорить! Но, даже поддавшись эйфории, я все же уточнил:
- За явление оценок не ставят. Назови еще причину.
- Не понимаю.
- Чего?
- Вашего предмета.

Неужели раздуплилась! А может, все гораздо хуже? Мучимый возникшим подозрением, я тихо спросил:
- Деточка, ты что сдаешь?
Молчание.
- А меня как зовут?
Молчание.
- Я мальчик или девочка?
- Нет.
- Что нет?
Молчание.
- Ты знаешь, что в вузе учишься?
- Ага.

Слава Богу, а то уже перепугался.
- В общем, так, побеседуй пока с лампочкой, она на потолке, не туда смотришь. Мне в деканат, скоро вернусь. Все понятно?
- Ага.

В тот день я пошел сначала в костел, потом в церковь, в принципе, забежал бы и в синагогу с мечетью, но в городе их еще не построили. А небеса, уверен, плакали навзрыд от искренности вознесенных молитв.

Да! Алина наконец-то получила тройку! Экзамен якобы приняла якобы комиссия. Почему я сам не поставил три? Потому что всему есть предел. В общем, написал заявление за свой счет, и дальше было дело техники.

Вечером того же дня я нализался в дупель. А вот ночью приснился кошмар: стройный, как тополь, заводской начальник, хлюпая разбитым носом, орал:
- Не расслабляйся, у Алины еще диплом!

Слава Богу, к моменту её выпуска я работал в другом вузе. Иногда, оглядываясь назад, стараюсь понять, на кой Алине было это высшее образование? Хотя, наверное, нужно. Ведь среднее ей только до пупка.

Автор: Андрей Авдей

18.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Жили-были в доме люди. Участковый и бог Арома.

Когда-то давно я снимал квартиру в Серебрянке, одном из районов Минска.

Дом был шестнадцатиэтажный, построенный по чешскому проекту. То есть лестничный пролёт с черного входа, с парадного же нормальных жильцов встречал лифт, а парочку неизвестных «героев» - эксклюзивный туалет с подъёмником. Поэтому заходил я на вдохе, благо до четвертого этажа можно выдержать.

Общался, в основном, с соседями по площадке справа и слева. Первые – Виктор и Светлана с двумя сыновьями пяти и двенадцати лет. Вторые – пенсионеры с изредка прихрамывающим на алкоголь главой семейства, Иваном.

В принципе, жилось спокойно, если не считать нескольких ярких событий. Итак. Как-то рано утром выхожу из дома.
- Здравствуйте, - отдал честь участковый, - а мы вас заждались.

Мы – это лейтенант милиции, незнакомая бабушка и… Прими, Господи, душу раба своего. Скрючился на крыльце, синенький, ножки босые, на лице улыбка. Скорее всего, перебрал, и то ли сердечко не выдержало, то ли еще что перестало функционировать.
- А коллеги по распитию не заморачивались: кто не пьет, тот не лежит. И вынесли на улицу, - рассказывал участковый, - скоро его заберут, а мы пройдём в квартиру, где всё произошло, будете понятым.
- Не буду. Во-первых, очень боюсь покойников, а во-вторых, я выхухоль.
- Что? – дернулся лейтенант.
- Не что, а кто. Стриженый ёжик с хвостиком, любит саморезы и Бузову.

Не знаю, что подумал офицер, но меня отпустили. Вы скажете, а как же гражданский долг? С долгами рассчитался, это раз. Два – простите за цинизм, но одним «ценителем» плодово-ягодного больше, одним меньше, какая разница. Силой их не поят. И три – я на самом деле боюсь мертвецов. Было дело, пересекались. А вдруг потом усопший решит зайти в гости по старой памяти, или прислать кого?

И ведь прислал!
Спустя месяц мы с Виктором одновременно вернулись с работы. Поздоровавшись, традиционно вдохнули, зашли в лифт, а когда вышли на своём этаже…
- Не понял, - удивился сосед, - что за запах.
- Кто-то объелся просроченного йогурта и помер, завернувшись в портянку, - вытирая слезившиеся глаза, глубокомысленно заметил я.

- Молчите, несчастные, - донеслось из темного угла, - с этого дня ваша лестничная клетка будет храмом бога Арома. Это говорю я, верховный жрец.
- Вали отсюда, Человек-Шмон, - вот только бомжа здесь не хватало.
- Да как вы посмели, презренные, оскорблять верного слугу пахучего владыки, – вонючее тряпье грозно зашевелилось, - трепещите, ибо за эту дерзость здесь появится священный знак Арома. Вот сейчас, ага, через пару минут.

Глядя на кряхтящего бомжа, принимавшего недвусмысленную позу сломанной скамейки, мы переглянулись.
- Андрюха, он тут что, ср*ть надумал? - начал было Виктор.
- Полундра, - заорал я, - надо срочно…

А что срочно? Перчаток нет, длинных палок тоже, вилы есть, но в деревне, а до нее сто семьдесят кэмэ. Трогать руками или ногами – увольте. Никогда не угадаешь, что на тебя перепрыгнет.

И тут нас осенило. Из квартир мгновенно был извлечен весь запас дезодорантов, мужской туалетной воды, освежителей и духов Светланы, и через минуту огромное газовое облаков укрыло не успевшего поставить метку наглого жреца. Пользуясь этой защитой, как экраном, мы щедро сыпали в угол хлорку и стиральный порошок. А выскочивший на шум Иван выплеснул двухлитровую ёмкость с отбеливателем, два стакана уксуса и три столовых ложки лимонной кислоты.

Вероятно, бомж очень негативно относился к любым запахам, кроме освящённых Аромой. Поэтому ежесекундно чихая, матерясь и отплёвываясь, пахучий жрец вонючего божества позорно бежал. Если осенью 2006-го вы встречали благоухавшего бытовой химией и дорогой парфюмерией немытика – наш клиент.

Недавно проезжал мимо – дом после капремонта гордо сияет свежей краской. Интересно, внутри тоже все по-другому?
Автор -Андрей Авдей

06.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Жили-были в доме люди. Батареи просят огня.

После того, как алконавты покинули наш подъезд, оставался только один нерешённый момент – вода. Согласен, тоже не поверил вначале. Все-таки, Минск, столица центра Европы. А по утрам вместо горячей воды шла еле теплая, по вечерам – тоже, по ночам … По ночам вообще-то надо спать, а не мыться.

Причина этой беды скрывалась в подвале, где стоял ответственный за подогрев бойлер. По слухам, он был стар. Очень стар.

Легенда гласила, что водонагревающий агрегат захватили казаки атамана Платова. У французов, под Лейпцигом, в 1813-м. Наверное, этим и объяснялись странные звуки, доносившиеся по утрам из подвала: вздохи, чихание, приглушённое «же не манж па си жур» и «ми есть стафаться, только не бейте».

В общем, удивительный раритет, конечно, пытался работать, но… Ресурсы донельзя изношенных механизмов радовали по-настоящему горячей водой лишь пять-семь минут, раз в неделю, четную.

Все звонки в ЖЭС заканчивались одинаково – уставшая диспетчер обещала «прислать слесаря». Кстати, приходил толковый мужик, Алексей. Он реально творил чудеса, каким-то невероятным способом умудряясь заводить бойлер. Но этого хватало всего на несколько часов, а потом заслуженный ветеран подогрева опять задумчиво вздыхал и кому-то сдавался.

Я терпел, долго терпел. Пока не начался отопительный сезон. Точнее, вначале был период межсезонья, помните такой? Власти уверяют, что на улице тепло, а жильцы в телогрейках с нетерпением ждут, когда эта «среднедневная температура» понизится до кем-то установленного идиотского норматива «плюс восьми по Цельсию».

В тот год зима вообще пришла неожиданно, в октябре. На улице минус три, в квартире… Утром, поёживаясь от холода и покрытый тысячами пупырышек, я отправился в ванную, как вдруг…
- Дзинь.
Не понял, что за звуки?
- Дзинь.
Опять.
- Дзинь – дзинь – дзинь, дзинь – дзинь – дзинь, колокоооольчик звенит.
- Хи-хи, - высунулась из-под одеяла кошка, - это, хозяин, у тебя бубенчики…
- Сгинь, морда, - беззлобно ругнувшись, я собрал волю в кулак и прыгнул в душ.
Ледянооооооооооооооооооооооой!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Именно тогда был рождён, не побоюсь этого слова, настоящий крик души в стихах! Под шелест холодной воды и мелодичное позвякивание мои посиневшие губы декламировали:

- Быстро сопли в ноздрях застывали,
- К унитазам примёрзли ж*пы,
- Отопление, с*ки, не дали,
- Вот тебе, б**дь, и центр Европы.

В общем, получив невероятный заряд бодрости, я отпросился с работы пораньше. Причина была уважительной: серьёзный разговор в местном ЖЭСе с начальником, которого подчиненные звали просто – Василич.
- А что я могу сделать, - он обреченно закурил, - ваш бойлер у меня скоро здесь висеть будет, рядышком.

Мозолистая ладонь показала на стену, где, хитро прищурившись, скрывал под усами знаменитую улыбку наш президент.
- В день по три десятка жалоб, - продолжал исповедь начальник ЖЭСа, - слесарь из подвала не выходит, но пойми, тут целиком систему менять надо.

При этих словах президент нахмурился.
- Я имел в виду жилой дом, - быстро исправился Василич.
Когда на портрете вновь засияла улыбка, начальник перекрестился и достал пачку бумаг:
- Смотри, это копии обращений в районное ЖРЭУ. «Нужен бойлер, бойлер нужен, нужен бойлер, бойлер нужен». А что в ответ! «Денег нету, нету денег, денег нету, нету денег. Сами интенсифицируйте, рационализируйте, организуйте. Внедряйте инновации и оптимизации. Иначе накажем». Ты вроде нормальный мужик, вот скажи, что делать? Начальству сверху ничего не докажешь, все шишки на меня. Каждое утро на ковре в исполкоме, сколько можно! Уволюсь я к чертовой матери. Надоело все. Да закуривай.

Щелкнув зажигалкой, я, уже не надеясь на чудо, спросил:
- Пару часов заставите поработать, чтобы хоть немного потеплело?
- Нет, - всхлипнул Василич, - помер бойлер, окончательно, а его бренная душа, взмахнув дырявыми прокладками, улетела в рай для механизмов и крупной бытовой техники.
Под скорбным взглядом президента мы почтили память усопшего минутой курения.
- Пойдём нетрадиционным путём, - затушив сигарету, я решительно поднялся, - поможешь?
- Что делать? - впервые за разговор улыбнулся начальник.
- Будем брать на испуг.
***
Кстати, Василич заставил меня кардинально пересмотреть отношение к работе коммунальной службы. Судите сами. Кто принимает все заявки, жалобы, кто выслушивает возмущения и проклятия в свой адрес? Работники ЖЭС. Их, как штрафные батальоны, бросают в атаку без должной артиллерийской подготовки, т.е. без финансирования. Приказ – взять высоту! Как? Молча, скрипя зубами! Не важно, что нет денег! Выполнять!

А наверху, в штабах, тишина и спокойствие. Издалека доносится грохот фронта, где-то там стреляют, убивают, ранят и калечат, но здесь хорошо, уютно и тепло. Утренняя газета, чаёк-кофеек, ковровые дорожки, чистые улыбающиеся лица вокруг. Лепота.

Разве деловито шныряющих пузатых бонстиков (чиновников) волнует, что мерзнут люди? Полноте, господа, чай, не минус двадцать на улице, можно потерпеть. И вообще, военнослужащий должен стойко переносить тяготы и лишения воинской службы, понятно? Кто сказал, что мы не в армии? Что? А ну-ка повтори!

- Повторяю, когда появится отопление в доме номер Икс по улице Игрек?
- Молодой человек, обратитесь в ЖЭС по месту проживания, - хорошо поставленный голос чиновника районного ЖРЭУ был высокомерен и полон презрения.

Кто ты еси, червь смердящий? И как посмел своими холопскими жалобами беспокоить САМОГО меня! Аз есьмь…

- … жилец, которому надоело мёрзнуть, - я пропустил мимо ушей возмущенную трель самовлюблённого бонстика, - кстати, намедни родил в муках стихотворение, посвященное вам. Приглашаю на публичную декламацию, которая состоится завтра, в 14-00, в подвале дома, прямо у почившего бойлера. Будут присутствовать телевидение и другие неофициальные лица.
- Ап, - поперхнулся от неожиданности чиновник, - какое телевидение, в смысле?
- Республиканское, в здравом. А после торжественной части съёмочную группу проведут по квартирам и покажут термометры. Они ждут своего часа в холодильниках жильцов. Надеюсь, вы простите эту маленькую подтасовку, но таковы современные реалии - телезритель обожает неприкрытый трагизм.
- Да что вы себе позволяете?
- Все, что разрешено законом и немного оригинальности, - тут я улыбнулся, - на этом откланяюсь, меня ждёт генеральная репетиция, а затем парикмахер и маникюр. Перед камерами надо сиять, как новый бойлер. До завтра.

Через два часа ехидно хихикавший Василич сообщил, что бонстики заволновались.
***
Немного отвлекусь. В чем счастье мелкого чиновника? В тихом и спокойном посиживании. Конечно, хотелось бы взлететь до уровня области или выше. Но для этого нужно что? Правильно! Незаметность.

В своих узких кругах бонстики проводят семинары, презентации, совещания и пленумы, где степенно меряются животами, демонстрируют верность начальству и озабоченность текущими проблемами. И чем озабоченнее потрясти щёчками, тем лучше. Глядишь, и обратит внимание какой-нибудь верховный бонст или даже бонстище.

Но если о тебе узнают СМИ! Смело забудь о карьере навсегда. Статью или репортаж будут передавать из кабинета в кабинет, из папки в папку. Это клеймо на всю оставшуюся жизнь: меченый, проклят! Забыл, как тебя полоскали …надцать лет назад? То-то же. Сидишь в своем Запузыринске старшим заместителем младшего помощника, вот и сиди. Нечего было выскакивать, как прыщ в ермолке.

К слову, многие чиновники по своей сути – те же прыщики, только на спине. Вроде и беспокоит, и не дотянуться. Со временем уже привыкаешь и не паришься. Гармония отношений налицо. Ты живёшь с терпимым неудобством, а неудобство – тихо ждет своего часа, чтобы исчезнуть, т.е. с почетом уйти на заслуженный отдых.

Но если ситуацию предать огласке:
- Дорогая, посмотри. Зудит, не выдержать.
Все, хана, с этого момента прыщику обеспечено самое пристальное внимание, и при первом же удобном случае….
***
На следующий день, когда я возвращался с работы, меня встречала делегация благодарных жильцов. Оказывается, уже в 8-00 к дому подъехали автобус с рабочими, трактор, кран и легковушка с бонстиком.

Последний искренне рыдал, провожая останки бойлера в кузов. А когда устанавливали новый – вообще хлебал из горла валерьянку. Дом был капитально вычищен от крыши до подвалов. Вымели все – мусор, пыль, трех бомжей и крысу Настю. Заодно покрасили скамейки, заменили лампочки в подъездах и (даже) восстановили освещение во дворе, которое не работало со времен коллективизации.

Заранее прошедшие инструктаж старушки рассказали чиновнику о соседе, «за которым приезжает черная машина, а сам он всегда с портфелем и в галстуке». Наслушавшись, бедняга понял, что нужно быть внимательнее к чаяниям народа. А то мало ли, опять этот…
***
- … из дома Икс приходил, - хихикал Василич, - спрашивает, когда починят…
- Завтра, напиши заявку, средства выделим, - истерично взвизгнул бонстик, крестясь на икону Казанской Божьей матери.

А ведь до моего звонка он в Бога не верил.

Эпилог.

Вы спросите, так что телевидение? Да не было его. Я же говорил – взяли на испуг. Кому придёт в голову звонить на республиканский канал и уточнять? Как сказал один товарищ: «Наглость – второе счастье, набраться этой наглости - первое». А ваш покорный слуга счастлив дважды.

Автор: Андрей Авдей

05.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Живые мертвецы или почему я бреюсь каждый день.

Раньше, приезжая в деревню, я никогда не брился. А зачем? Белочкам в лесу и огурцам в теплице абсолютно параллельно, чистый у тебя подбородок или нет. Поэтому на родине лицо быстро покрывалось черной щетиной. Правда, все изменилось после 12 июля 2013-го года.

В тот день около 16-00 я водрузил на плечо бензиновый триммер и отправился на кладбище, расположенное в двух километрах от дома. Заниматься ручным выдергиванием травы вокруг оград и могил родственников казалось слишком утомительным. А так – от силы час работы, и все будет в лучшем виде, останется только убрать мусор.

Одно важное замечание – очки оставил дома, поэтому четко рассмотреть, что происходит метрах в двадцати, я не мог. С другой стороны, а что на кладбище рассматривать, коси и наслаждайся процессом.

Триммер, согласно чихнув дымом, громко заревел, сметая траву и разгоняя перепуганных насекомых. А я, традиционно отключившись от окружающего мира, задумался. О чем, не вспомню, да это и не важно, потому что, перейдя к могилам бабули и деда, я поднял голову и…

Впереди неподвижно замер…
- Мать, мать, мать, - удивленно поддержали деревья.

Через секунду я уже стоял в десяти метрах от ограды, обливаясь холодным потом. Еще бы, столкнуться нос к носу с самым настоящим покойником! В новом костюме, галстуке, традиционно белой рубашке и с мертвенно-бледным лицом.
- Откуда он здесь? – мелькнула первая мысль.
- Это кладбище, - хмыкнула вторая, - они тут живут.
- Тикать, - вмешался мозг.
- Не можем, - вздохнули ноги, - заклинило.
Конечности были правы: судя по ощущениям внизу, быстрой эвакуации мешала сжавшаяся от страха филейная часть.

И пока я пытался сдвинуться с места, мозг быстро перелистывал архивные записи в поисках молитвы:
- Есть! Союз нерушимый, республик свободных. Стоп.
- А, вот! Касиу Ясь канюшыну, хм, в тему, конечно, но мимо.
- Может, это? Боже. Точно, оно самое, итак. Боже, царя храни. Да блин.

Поняв, что помолиться не выйдет, я решил, что попробую отогнать мертвеца работающим триммером, который, в соответствии с законом подлости, тут же заглох.

А покойник, приняв только ему известное решение, медленно двинулся в мою сторону. В наступившей тишине его туфли с каким-то жутким хрустом подминали сухую траву:
- Хррум, шшшш, шшшхрум.
- Тикать! – бросив заниматься поиском молитвы, заорал мозг.
- Косить, - негромко уточнил мертвец.
- Тикать!
- Косить.
- Тикать! Тикать!
- Косить. Косить.
- Эээээ, - с трудом выдохнул я, - не подходи.

Остановившись метрах в трех, покойник неожиданно улыбнулся:
- Здравствуйте. Я, наверное, испугал?
- Да нет, конечно, наоборот, обрадовал, бл***, до седых волос под мышками.
- Извините, - смутился он, - вы здесь косите?
- Крестиком вышиваю, - пробормотал я, нервно пытаясь завести триммер.

Но верный аппарат даже не фыркнул. Наверное, тоже заклинило.
Мертвец же, не обращая внимания на мои потуги, зачем-то поправил галстук и продолжил:
- Надо памятник новый ставить.
- Да ладно, - удивился я, - а что под старым не лежится?
- Тут слышу – гудит.
- Разбудил?
- Да я не покойник, - рассмеялся мужик.
- Лицо чего белое?
- Из больницы выписали, три дня назад.
- А костюм?
- После работы потому что. Вон машина у ворот стоит. Через неделю мастера приедут, на могиле родителей будут новый памятник ставить, а все травой заросло, вот и...

- Скажи, ты нормальный? – поняв, в чем дело, я в изнеможении уселся на землю. - Кто на кладбище подходит незаметно? А если бы леской исполосовал? Благодари Бога, что двигатель заглох.

Оказалось, мужик просто хотел, чтобы я обкосил могилы его отца и матери. Докричаться не удавалось из-за рева триммера, вот и не придумал ничего лучше, как обойти и встать напротив.

Так что расстались мы друзьями. Ну, почти. Пожав руку псевдопокойника, я пообещал, что все сделаю бесплатно. От предложенных денег отказался, на прощание искренне пожелав мужику всю жизнь наслаждаться групповым сексом с хромым ежом и яблоневой плодожоркой, и больше никогда не подходить незаметно к людям.

Оставшись в одиночестве, я закурил, пытаясь унять дрожь. Кому расскажи - не поверят. Кстати, приду домой, обязательно проверю подмышки. Может, и вправду там уже седина. Наконец, успокоившись, с первого раза (о чудо!) завел триммер и приступил к работе.

Вообще, трудотерапия – великая вещь. Спустя полчаса встреча с «мертвецом» вспоминалась уже с улыбкой. Единственное, что мне так и не удалось понять, как можно было отпрыгнуть назад почти на десять метров, при этом не задев ни оград, ни памятников. Да еще и с работающим (!) триммером в руках.

Без приключений всё закончив к 17-11, я довольно отряхнулся и…
Знаете, если бы в этот момент отовсюду стали выползать скелеты и полусгнившие трупы, они бы уже не удивили. Почему?

Да потому что из густых зарослей, скрывающих старые захоронения (сам видел надгробья 19-го века) медленно вышла женская фигура в бесформенном балахоне. На голове капюшон, в руках клюка, лица не рассмотреть.
- Да чего ж вам не лежится-то спокойно, а? – запричитал мозг, - сегодня что - день открытых могил?
- Фррррррр, - согласно выдохнула филейная часть, тут же, извините, продудев "Интернационал".
- Только не сжимайся, - вмешались ноги, - иначе не убежим.

Дойдя до первого памятника на «новом кладбище», фигура остановилась:
- Шесть вечера есть?
- Фрррррр, - опередила меня филейная часть.
- Нет, еще только 17-14, - глянув на часы, прошептал я.
- Ясно, - покойница развернулась, через две минуты скрывшись в густых зарослях.
- Пронеслофррррррррр.
- Что стоишь, дубина, - заорал мозг, - хлопай ресницами и взлетай, пока она не вернулась с подругами!

В общем, как добрался до дома, не помню. Скорее всего, прилетел на триммере. Ничем другим не объяснить то, что уже в 17- 20 я, вздрагивая, курил на крыльце и слушал рассказ очень кстати забежавшей соседки:
- Так это же Галя, Сорочишина жена, дети разъехались, мужик давно умер. Говорят, у нее с головой проблемы: то с забором шепчется, то вокруг скамейки пляшет, а еще очень любит гулять по кладбищу, особенно вечером.

Как все просто, да? Покойница-то оказалась липовой! Вот только борода у меня поседела по-настоящему. С тех пор бреюсь каждый день.

Автор: Андрей Авдей

04.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Праматерь бешеных старушек или как меня призывали на сборы
(легкая наркомания, основанная на реальных событиях)

Всегда занимало одно из самых удивительных явлений – превращение милой пожилой женщины в демона с клюкой. Кажется, еще сегодня ты улыбаешься, спрашиваешь, как дела. Но стоит переступить критическую черту…

- Мужчина, вы здесь не стояли! Наркоманка! Проститут! Что? Суффикс не там? И не стыдно под чужие суффиксы заглядывать?

Ну как так? Может, где-то в этом мире булькает источник злопыхательства, так сказать, истерический родник первозданной склочности? Например, в тридевятом царстве, в тридесятом государстве, на море-окияне, на острове Буяне, обдуваемом ветрами, стоит ДУБ!

А на нём восседает САМА - праматерь бешеных старушек. Внешне – вылитая мокрица, размером с гипермаркет. Глаза красные, из ноздрей дым пышет, лицо страшное, как выплата по ипотеке.

Весь год эта тётка копит ярость, а в назначенный день мечет икру, разрешаясь от бремени психопатства. Много икринок, очень много, а ветра сильные, очень сильные. Вот и разносятся истерика и склочность по белому свету.

Дальше просто: бабуля зевнула, в рот залетело, проглотила и вуаля. Имеем неадекватную кунг-фу старушку, по степени доставучести сравнимую с хроническим насморком.

Чуть больше трех лет назад, кстати, над этим вопросом я всерьёз задумался:
- Интересно, где же находится это самое тридевятое царство?
- Могу показать, - хмыкнула Судьба, - только чур – потом не жаловаться.
- Не буду.
- Тогда… Крэкс-пэкс-фэкс!
И так шарахнула меня по голове, что очнулся уже в больнице.
- Повезло, успели вовремя, - улыбнулся заведующий неврологией, - вы не волнуйтесь. Прокапаем, понаблюдаем, а где-то через недельку - на волю.

Кстати, пользуясь случаем, передаю спасибо больничным поварам – все было очень вкусно, особенно хлеб. Но речь не об этом. Через несколько дней после выписки я обнаружил в почтовом ящике привет из военкомата. Повестка, грозно нахмурившись, приказывала явиться для медицинского осмотра.
- Зачем? – удивился я.
- Затем, - рявкнул документ, - родине нужны старшие лейтенанты запаса.
- Во-первых, срочная отслужена, а вот-вторых, у меня бронь!
- А в-треттьих, кадровица прошляпила с её продлением, так что пойдешь служить, бе-бе-бе, - показала язык повестка.
***
- Бе-бе-бе, что ты блеешь, как улитка! – орал директор на сдувшуюся подчинённую, - заместителя на месяц загребут в войска, он там будет кайф ловить и девок тискать, а работать кому? Короче, делай, что хочешь, но бронь роди.
- Как? – пискнула кадровица.
- В позе женатого трюфеля, - рыкнул директор и повернулся ко мне, - Николаич, езжай. Может, сумеешь что-то сделать.

И уже через час я уже взбегал по ступеням районного военкомата. Дежурный офицер, изучив повестку, четко проинструктировал, в какой кабинет обратиться:
- То ли в 32-й, то ли в 23-й.
- В 32-й, - ответили в 23-м.
- В 23-й, - приветливо улыбнулись в 32-м.
- В десятый, - горестно вздохнув, напутствовал оказавшийся в коридоре подполковник.
- А, так вам на медкомиссию, - в указанном кабинете, неторопливо изучив повестку и выписку из больницы, пробормотал мужчина в штатском, - пусть врач решает. Сразу идите к невропатологу.
- Спасибо, вашбродь, что надоумили, а то мечтал вначале к лору заскочить, - с этими словами я поднялся на третий этаж, где восседали армейские эскулапы.

Боже мой! Увиденное повергло в такой шок, что чуть не расплакался! Весь коридор был забит призывниками. В одних трусах будущие воины кучковались у кабинетов, что-то тихо обсуждая.

Кажется, еще и сам недавно то нагибался перед хирургом, то старательно выговаривал «триста тридцать третья артиллерийская бригада», то стоял босиком перед шаркнутой на селезенку неврологиней. Причем она орала так, что за окном дохли голуби и осыпались листья. Эх, было время золотое, призывное да лихое.

Увидев дядьку в костюме и с портфелем, молодежь замерла, будто спрашивая:
- Чего тебе надобно, старче?
- Мужики, где невропатолог?
Вздрогнув, призывники, как один, покрутили у виска, а самый смелый едва заметным поворотом глаз указал на искомый кабинет.
- Тетка-демон? – догадался я.
Парни дружно перекрестились на портрет президента.
- Могу зайти без очереди?

Утвердительно закивали все, даже портрет. Эх, где наша не пропадала, тем более по второму разу срочная не грозит! И я решительно открыл дверь:
- Здравствуйте.
Против ожидания, за столом сидела милейшая бабушка – божий одуванчик. Ей бы еще спицы в руки и котика…
- По вопросу? - старшинским басом рявкнула врач.
- Призывают на сборы!
- Надо идти!
- Не могу, - отчеканил я, - только из больницы! Зело телом слаб, боюсь, не сдюжу.
Ну грешен, грешен, не удержался, кстати, бабуля даже бровью не повела :
- Диагноз?
- Такой-то.
- Звание? – старушка выпустила дым из правой ноздри.
- Старший лейтенант запаса, матушка, - грешен, опять не удержался.
Но невропатолог только выпустила дым из левой ноздри:
- К психиатру.

Решив не спорить, я молча вышел из кабинета и под сочувственными взглядами молодежи направился в конец коридора.
Где, открыв нужную дверь, тут же выпалил:
- Здравствуйте, призывают, только из больницы, старший лейтенант запаса, отправили к вам.
- Вы нормальный? – удивилась, кстати, очень миловидная женщина - психиатр, - покажите выписку. Хм, это к невропатологу, её область.

Наверное, в тот момент у меня как-то по-особенному сверкнули глаза, потому что доктор, неожиданно подмигнув, улыбнулась:
- Только очень прошу, помягче там, хорошо?
- Постараюсь, - и, подарив ответную улыбку, я вышел в коридор.

Не задавая лишних вопросов, призывники снова молча расступились, а глава государства с портрета даже пообещал «при случае жэстачайшэ перетрахнуть всю ваенную медицину».
- И снова здравствуйте, психиатр отправила к вам, сказала, не её область, вот выписка, - и, положив документ на стол, я бесцеремонно уселся.
- Кто разрешил? - зашипела бабка.
- Что именно?
- Садиться! – рявкнула невропатолог.
- Не надо так орать!

Наверное, доктору давно никто не перечил, потому что её глаза стали наливаться кровью, рот открылся и...
- Встать! - плюнула ядом старуха.
- А можно поаккуратнее? - отодвинувшись вместе со стулом на метр, я тщательно вытер лицо носовым платком, - еще и очки забрызгали.
- Ааааааааааааааа!!!!! Не сметь двигать стул без приказа!
- Вас что, простатит замучил?
- Пошёл вон!
- Сдуйтесь, а то сердце посадите.

Мда, времена меняются, а врачи на медкомиссиях нет. Под вопли невропатолога, кстати, хорошо думалось о зря потраченном времени, заложенном от криков правом ухе и…
- Молчать!
- Не стройте рожи, я икаю.
- Стул на место!
- Он не хочет.
- Арррррррррр!

И тут в лицо пахнуло свежим бризом. Черт! Я озадаченно осмотрелся. Куда это меня занесло? Вместо кабинета – остров, омываемый равнодушными волнами бескрайнего синего моря. А впереди, на огромном дубе восседала ОНА. Да, та самая праматерь бешеных старушек. В передних лапах молоточек, красноглазая, пышущая дымом из ноздрей и размером с гипермаркет мокрица.
- Кто мокрица?

Наваждение мгновенно исчезло: передо мной бесновалась все та же врачиха.
- Руки!
- Простите, не понял.
- Руки показал! Быстро!
- Зачем?
- Вдруг наркоман! – рыкнула бабуля.
- Еще скажите – проститутка.

А вообще, сколько можно? Надоело! В конце концов, мы тоже не из лебеды с кудряшками! И, схватив со стола выписку, я рявкнул так, что запотели стекла:
- Цыц! Тут вам не смирно, а там - не равняйсь! Мы не в бане, я не мыло!
Кто пострижен по уставу, завоюет честь и славу! Ноги в локтях не сгибать! А теперь бегом! Пора! Троекратное ура!

Господи, что я несу, неужели заразился?

Однако, не поверите, после такой тирады невропатолог заткнулась. Правда, в наступившей тишине раздалось какое-то слишком зловещее шипение.
Блин, да она сейчас нереститься будет! Пора тикать!
- Куда? – рыкнула бабка.
- Туда!
- Стул на место!
- Он все еще не хочет, - с этими словами я рывком отскочил к двери и, уже приоткрыв, все-таки не удержался, отвесив церемонный поклон, - был счастлив лицезреть, Эстакада Горгоновна!

Старушка взвыла и кинулась грызть подоконник.
- Ну, что? – в коридоре меня тут же заинтересованно окружили призывники.
- Пока не заходить, обедает.
- Или нерестится, - шепнул с портрета президент.
- Вы как всегда правы, Александр Григорьевич, - и, мурлыча под нос «старший лейтенант, уж не молодой, не хотел служить, хотел домой», я пошел искать кабинет военкома.
***
- Вот зачем устроили этот цирк, - через несколько минут, пряча улыбку, с укоризной выговаривал офицер, - пришли бы сразу ко мне.
- Решил вспомнить детство, товарищ полковник. Извините, не удержался.
- А если бы она укусила?
- Что, были прецеденты? - удивился я.
- Говорят, уже троих признали негодными, - вздохнул военком, - ладно, давайте ваши бумаги.

В общем, все решилось тихо, красиво и без эмоций. Зато теперь могу гордиться тем, что реально повидал гнездилище праматери бешеных старушек и выбрался оттуда живым и невредимым.

Кстати, вирус истеричности я все-таки подхватил. Сам был в шоке, но, вернувшись на завод, сначала возмутился на компрессор в цеху разделения, потом на сам цех, потом обругал наполнительную, выматерился на погрузчик, довел до истерики два вагона-цистерны, а еще...
- Николаич, езжай-ка домой, - появившийся директор тихо увел меня уже от весовой, явственно дрожавшей от крыши до фундамента, - эк тебя в военкомате переклинило.

В общем, только дома, проведя в спокойной обстановке тотальную коньячную дезинфекцию организма, я смог облегченно вздохнуть:
- Слава Богу, отпустило.

Автор: Андрей Авдей

02.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Операция «Конец света».

В 2004 году, приняв заманчивое предложение, я оставил уже тихо поющую соседку, попрощался с Тошей и его хозяевами и уехал в столицу – славный горд Минск, где спустя 4 года обзавелся небольшой однушкой.

Бывший рабочий район. Метро рядом, но не центр. Далеко не центр. В этом были свои плюсы: тихий дворик, спокойные соседи – в основном, бабушки – старушки и молодые пары, снимающие недорогое жилье.

Но был и минус, один-единственный. Догадались? Именно! В таких местах очень популярен клуб тонких ценителей крепленых вин. По уровню популярности он оставил далеко позади все общественные, проправительственные и оппозиционные организации.

Место встречи завсегдатаев клуба было традиционно – обязательный крохотный магазинчик, открывающийся в 7-00. О, эти томительные минуты ожидания! О, эти горящие трубы! Разве способны мы, недостойные, оценить всю глубину трагедии, когда не хватает считанных рубликов до заветной красавицы 0,7 л под названием «Забытое танго»!

Небольшое отступление. Какие только романтические названия не придумывают производители дешевого бырла! «Соловьиная песня», «Березовая роща», «Старый вальс». Кажется, что на прилавке не чернила, а как минимум, 100-летнее марочное, произведенное из элитных сортов винограда, собранного с южного склона холма Пан-Се виль на юге Франции.

Но вернёмся к открытию. Если вам, уважаемый читатель, приспичило купить пачку сигарет или бутылку воды в это время – будьте готовы к экстремальным испытаниям. Потому что, как только открывается дверь вожделенного магазина… В общем, лучше минут десять постоять на улице.

Во-первых, концентрация ароматов заставит плакать даже статую Ленина, а во-вторых – вы будете смотреться в той компании так же органично, как детский самокат в курятнике. Мы чужие в этом мире надежд, тревог и переживаний. Нам не дано понять… И слава Богу, если честно.

Но я отвлёкся. Предыдущим хозяином моей квартиры был как раз один из бырлонавтов. Володя, в прошлом очень толковый рукастый мужик, столяр-слесарь-токарь высшего класса. Жил один, пенсия высокая, поэтому холодными зимними вечерами клуб собирался у него в квартире. Соответственно, двери открывались пальцем, а не вынесено было только то, что приколочено.

Володю принудительно вывез из Минска внук. Продал квартиру, купил на родине дом рядом с собой. И держал старика под присмотром, чтобы тот не спился окончательно.

Ну а мне пришлось обустраиваться. Первый этаж, не самый цинус, но терпимо. Сначала выбросил всю мебель, газовую плиту, перегородки, какие-то доски, горы мусора. Параллельно в квартире рабочие меняли входную дверь и ставили новые окна. Затем с порошком вымыл все – от пола до потолка, попутно сняв бывшие когда-то белыми темно коричневые обои.

Наконец, вдохнув полной грудью посвежевший воздух и бухнувшись на матрац в месте с Соней (моя кошка, о которой еще напишу отдельный рассказ), я задумался о том, какие в этом доме есть обычаи и традиции.
-Дзынь!
- Ага, - сверкнула мысль, - вот и они.
- Володя дома? – дохнула ядреным перегаром местная традиция.
- Нет.
- А где?
- Уехал.
- Куда?
- Далеко.
- Когда вернётся?
- Никогда.
Традиция задумалась, почесывая немытую шевелюру:
- А ты кто?
- Новый хозяин.
- Купил?
- Да.
- Как?
- Молча.
Стараясь не травмировать в очередной раз озадаченного гостя, я начал аккуратно закрывать дверь, ха! Наивный чукотский мальчик!
- Дык эта, - решительно подставила ногу традиция, - надо проставляться.
- Согласен, когда будешь?
- Пить?
- Проставляться.

Вот тут он завис и надолго. Настолько, что следующий звонок раздался через месяц.
- Володя дома?
- Нет.
Дальше следовал обмен любезностями в духе приведенного выше диалога, который закончился аналогично. В общем, рано радовался мальчик тихим бабулькам и молодым парам. Оказалось, на четвертом этаже проживает активный член клуба, а рядом – еще один.

Не буду вас утомлять перечислением драк, криков, утренних «а где Володя», вечерних «аааааааааа, режут!!!». То об кого-то споткнешься (уснул, бедолага), то неместные «клубовчане» у подъезда интересуются на предмет «а ты хто».

Было и такое:
- Николаич, одолжи, помру.
Вот тут принципиально – ни копейки. И не потому, что жаль. Дело в другом: стоит один раз отспонсировать, сразу начнётся:
- Братан, на, угощаю, - в лицо тычется пластиковый стакан с ацетоноподобной жидкостью.
- Андрюха, спасай, - это в три часа ночи.
- Сосед, блин, выручи, мужики на счетчик поставят, если не верну. Я тебе с пенсии (зарплаты, пособия и т.п.) сразу, вот те зуб, - в любое время суток.
Откуда знаю? Опыт четырехлетнего мотания года по съемным квартирам и комнатам, всякого насмотрелся.

В общем, жилось весело. Приходилось и драться, и даже, не поверите, заступаться за «своего» алкаша, которого активно мутузили в подъезде пришлые. То ли глотнуть не дал, то ли пролил, то ли вообще не донёс.

Признаюсь, я в тот момент выглядел тоже колоритно – в трусах, с топором, лицо в пене (брился) у ноги рычащая кошка. Наверное, Соня в прошлой жизни была минимум волкодавом. Во всяком случае, собаки её обходили стороной. Короче, наш боевой дуэт не раз сохранял в целости кости незадачливых соседей.

И все было бы терпимо, если бы не одно но. После того, как с горизонта исчез Володя, клуб куда-то переехал. Пили или во дворе, или у кого-то в гостях. Однако со временем вся гламурная тусовка перекочевала к нам на четвертый этаж. Почему? Не знаю. Может, у них состоялись выборы нового председателя, а может, дом стоит на проклятом месте. Согласно древним устоявшимся традициям, квартира в правлении никогда не закрывалась – замка давно не было, да и что там выносить? Свет, горячая вода, газ отключены за неуплату. Классика.

Как правило, заседания в клубе тянулись далеко за полночь. После чего утомленные члены медленно и аккуратно спускались по лестнице. Вот тут и появлялось то самое но. Вступали в действие, простите, физиологические особенности испитого организма. В случае естественных позывов никто не припускал вприпрыжку на улицу. Зачем?

Поспешность молодца не красит. Посему спокойно, с достоинством, расстегнули штаны и…

- Зажурчали ручейки, радостно и весело
- Улыбаются соседи, нравится им песенка
- Жур-жур-жур, кап-кап-кап, дили-дили-дон.
- Засмеялось солнышко, стало ему весело:
- Что б вы сдохли, сволочи, вместе с вашей песенкой!

Примерно так и думали все жильцы подъезда. Самое обидное, что разговоры ни к чему не приводили.
- Николаич, да ты что, да сам морду набью тому, кто это делает!!!
- Николаич, ну прости, - это я его застал, - не донёс. Вымою, клянусь!
- Опять придется, - я посмотрел на Соню.
- Мяв, - сочувственно поддержала она, - а что делать, хозяин, что делать?

Да, пришла пора готовиться к сраженью. Это был декабрь приснопамятного 2012 года, когда все с радостью ожидали конца света. То ли надеялись, что доллар рухнет. То ли вообще ни на что уже не надеялись, измученные девальвациями, деноминациями и прочими вариациями.

Ну что ж, конец света, так конец света. На всякий пожарный прикупил немного свечей и занялся подготовкой. Где добыл реквизит – не скажу, мел купил в детских товарах, свечи были.

И вот настал тот самый день. 21 декабря 2012 года. Свято верующие в предсказания майя члены клуба, изрядно закупившись, начали готовится к встрече апокалипсиса задолго до полуночи. Тем лучше.

В 23-58 я вышел из квартиры, выключил свет в подъезде и тихо поднялся на четвертый этаж. За полуоткрытой дверью хрипели пьяные голоса, раздавались слезливые прощания, кто-то каялся, кто-то визжал (судя по голосу, женщина, но, сами понимаете, половые признаки там неочевидны).

Ровно в 23-59-58 я молча открыл дверь и вошел в квартиру.

Вы сможете икать так, чтобы дребезжали стёкла? И я нет, а они смогли.
Представьте. Темнота, в комнату заходит что-то бесформенное в черном балахоне и с косой (Антон Сергеевич, спасибо за реквизит), лицо мертвенно-белое (мел) снизу подсвечивает горящая свеча.
Замолчал даже бачок в туалете. Тишина была настолько звенящей, что мы слышали, как идут часы у бабы Нюры, живущей в доме напротив.

- Ахр, ап, фууууух, - пытался что-то родить председатель клуба.
- Дай шанс, - зашлепал губами его заместитель.
- Пожалуйста, - пискнула вроде бы женщина.
Я молча повернулся и вышел.

На этом все. Больше в нашем подъезде никаких пьянок-гулянок-драк не было. Клуб сменил прописку навсегда. А чистота и порядок стали неизменными атрибутами нашего крохотного общежития.

Эпилог.

Да, я понимаю, что кто-то мог и помереть, что этот розыгрыш, мягко говоря, жесток. Но ведь никто не умер, это раз. А во-вторых, знаете, как классно, когда пахнет свежестью, а не застоявшимся туалетом.

Автор: Андрей Авдей

01.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Колыбельная.

В далёком 2000-м году мне вручили ключи от собственной квартиры (привет родным Барановичам). И сейчас вздрагиваю, вспоминая о кредитах, подработках и желании поспать более четырёх часов. Хотя бы пять. Но речь не об этом.

Заселившись в отдельные апартаменты, я, понятное дело, рассчитывал насладиться всеми прелестями отдельного проживания. Однако судьба внесла свои коррективы, подарив неординарную соседку сверху. Подчеркну, я на третьем этаже, она на четвертом, это важно. Назовем её Алевтина. Лет 55-ти, одета аккуратно, всегда подчёркнуто вежлива и предупредительна. В общем, повезло. Казалось бы, ан нет.
— Расцвелииииииииии, уж давнооооооооооо, хризантемы в садуууууууууу.
— Ууууууууууууууууууууууууууууу!

Я с тоской посмотрел на часы: 23-00. Концерт начался точно по расписанию. А дом хороший, панельный, чтоб его. Слышимость просто невероятная. Для вечерних песнопений самое то. Обладая громким и звонким голосом, Алевтина знакомила слушателей то со шлягерами 70-х, то с народными песнями, а ровно в 23-58…
— Бухгалтер, милый мой бухгалтер…

Не поверите, даже сейчас икаю, когда слышу этот хит. И так каждый вечер, изо дня в день, из месяца в месяц. Согласитесь, засыпать под такую колыбельную, во-первых, немного проблематично, а во-вторых… Стыдно признаться, но я видел сны в зависимости от репертуара Алевтины. Например, если она пела «У солдата выходной» — меня повторно призывали в армию. На возражения, что «отслужил я, товарищ полковник», военком с улыбкой отвечал «не плачь, девчонка, Родина-мать зовет».

Была у соседки и еще одна странность.
— Ооох, бах, хорошо пошла.
Это, простите, доносилось из туалета. Также громко и звонко. Вероятно, как бывший бухгалтер, Алевтина привыкла радоваться в голос даже маленьких прелестям жизни: сведённому балансу, отсутствию дебиторки и беспроблемному выходу биологических жидкостей и твердостей из организма.

Оно бы все и ничего, конечно. Но, повторюсь, засыпать под истерические завывания получалось с большим трудом. А еще было очень жаль кота. Да, да, вы не ослышались. Именно из-за кота я и решился на активные действия. Тоша был прекрасен: огромный, ласковый и дружелюбный увалень. Мохнатый друг жил у соседей по площадке, (Михайловна и Степаныч, привет), а ко мне изредка забегал в гости на предмет «что нового, чем угощать будешь, пузико почеши».

Но если Тоша задерживался до 23-00, то…
— Расцвелииииииииии, уж давнооооооооооо, хризантемы в садуууууууууу.
— Ррр, мяуууууууууу.
Зримо увеличившись в объёмах, кот во всю силу легких выл так, что индевели пятки, а мурашки, сбегая по спине, совершали массовое самоубийство в районе копчика.
— Бухгалтер, милый мой бухгалтер…
Под гимн дебета и кредита Тоша начинал рычать, яростно вцепившись когтями в диван. Выхода не было – или придется вскоре покупать новую мебель или… война до победного конца.

Но пушки начинают говорить, когда замолкают дипломаты. Поэтому сначала я по-пробовал решить вопрос мирно:
— Извините, а не могли бы не петь после 23-00, невозможно уснуть.
— Хорошо.

Вечером:
— Ты ж мене пидманула…
— Простите, вы обещали не петь после 23-00.

Вечером:
— Бывайте здаровы, живите богата…
— Пожалуйста, давайте без концертов после 23-00.
— Хорошо.

Вечером:
— Синий туман похож на…
«Но вот настал конец терпенью».
— Хорошо, мы пойдём другим путём, — я скрипнул зубами, решив применить нетрадиционный метод.
«Я стал готовиться к сраженью».
Из двух палок (одна полтора метра, вторая – два), сколотил орудие возмездия — соединённую буквой «Г» деревянную конструкцию, которую вдобавок покрасил в черный цвет. Принцип действия несложный – длинная палка достаёт до окна соседки, короткая …
В общем, дело было так.

***
22-50. Свет выключен. Я, дрожа от нетерпения, крепко сжимал Г-образную деревяшку. 22-55. Тихо открыл форточку. 22 часа, 59 минут. Осталось 58 секунд, 40 секунд, 35, 28, 20, 10, 9…8…7…6…5…4…3…2…1. Пуск!
— Ой, цветет калина!
— Пора!
Я сильно постучал орудием возмездия в окно певицы и быстро закрыл форточку.
— … парня молодо...

Пение резко оборвалось.
— Топ, топ, топ, топ, — подбежала к окну.
— Шшыыррр, — раздвинула шторы.

Тишина. Зависла. Думает. Что тут думать! Живешь на четвертом этаже. А еще ночь, темень, буря мглою небо кроет, буря яростно летит, то, как зверь она завоет, то в окошко постучит.
— Шшыыррр, — задвинула шторы.
— Топ, топ, топ, топ, бух, скрип, скрип, бу-бу-бу, — явно укрылась с головой и шепчет молитвы.

Г-образная терапия продолжалась еще три дня, точнее вечера. Протокол лечения был стандартным: песня, тук-тук, замолчала, топ-топ, шшыырр, тишина, шшыырр, топ-топ-топ, бух, скрип—скрип, бу-бу-бу. Не поверите, помогло! Вечерние концерты прекратились навсегда. Тоша больше не нервничал, забегая в гости, а мне удавалось выспаться без кошмаров. И да, Алевтина пела уже вполголоса и только днем. Даже ватерклозет посещала молча. На всякий случай, наверное.

Эпилог.
Поговаривают, в нашем доме завелось привидение. Врут, конечно, хотя…

Автор - Андрей авдей

28.02.2019, Новые истории - основной выпуск

Злопамятные твари или как я с жизнью попрощался

Продолжение к истории №999480 («Отвали!» или три змеелова и ужиха)

С момента первого опыта змееловства прошло двадцать лет. Время пролетело, как уборочная для нерадивого председателя – не успел моргнуть, а урожай осыпался.

Как-то совсем незаметно мне стукнул тридцатник, а когда-то ушастый охламон превратился в серьезного (сам в шоке) и солидного (иногда) дядьку. Правда, пионерский огонь, против ожидания, не угас. Наоборот, с каждым прожитым годом разгорался все сильнее.

Чего стоила только операция по спасению выпивших студентов от прогулки в местный РОВД. А драка на институтской дискотеке с «районными королями», читай, кучкой пьяных идиотов? С гордостью отмечу, что фигурировал в каждом протоколе опроса. Если с «нашей» стороны, то как «Андрей Николаевич», если с «вражеской», то как «отмороженный на голову хмырь в костюме и галстуке, своего вытащил из месилова, а меня…» (дальше как-то неудобно).
Правда, после боя еще месяц сильно хромал: один из «королей» зацепил «скипетром», то бишь куском арматуры. Но это присказка, сказка впереди.

В конце июля 2012-го захотелось мне прогуляться за грибами. Поэтому ранним утром я сунул в карман бутерброд с колбасой и, обув кирзачи, отправился на тихую охоту в твердой уверенности, что вернусь с полным ведром и с полным рюкзаком. А что, дожди шли регулярно, погода летняя, места знаю.

Но спустя пары часов блужданий по лесу я уже грустно закурил, сидя на придорожном пеньке. Ничего! Только несколько сыроежек, сотня мухоморов и лисица. Рыжая красавица, ни капли не боясь, сопровождала на удалении метров пяти, не больше.

Маленькое отступление. Лесная живность меня не боится. Может, пахну особенно, может, в прошлой жизни был утконосом. Но факт остается фактом: были случаи, когда и косулю хлебом кормил, и ежик тусовался под ногами, и какой-то птенец (вроде, совенок) выпрашивал вкусного, устроившись на коленях. А однажды, переползая под рухнувшей елью в позе расслабленной устрицы, столкнулся пятак в пятак с диким кабаном. От неожиданности или я хрюкнул, а он пукнул, или наоборот, уже не вспомню.

К чему это все. А к тому, что, наслаждаясь моим грибным фиаско, лиса злорадно хихикала. Скотина.
- Ой, ой, ой, какие мы обидчивые.
Блин, опять она.
- Зайцев лови!
- Не указывай, что мне делать, и я не скажу, куда тебе пойти, - возмутилась лиса, - у нас свободная страна, понятно? Хочу – хихикаю, не хочу – охочусь. Кстати, всегда успешно, в отличие от некоторых.
- Если нет грибов, - наставительно хмыкнул я, - значит, не выросли.
- Угу, - фыркнула рыжая, - лучше признайся, что собирать не умеешь.
- Ты глухая? Повторяю – если грибы не выросли, как я их наберу. Рожу, что ли?
- А это идея, только подожди немного, подружек свистну, им тоже интересно посмотреть.
- Иди ты в болото. Кстати!

И, затушив сигарету, я двинулся в нужную сторону.
- Рехнулся? - путаясь под ногами, бормотала лиса, - там же змеи!
- Отстань.
- Хвостом клянусь, их немеряно расплодилось, не ходи.
- Отстань, говорю.
- Ладно, ладно, извиняюсь за хиханьки, если ты об этом. Хочешь, попрошу белочек наполнить и рюкзак, и ведро. Они столько грибов насобирали!
- Нет.
- Что нет?
- Отстань.
- Совсем тупой? Лисьим языком говорю – там гадюки. Понимаешь? Га-дю-ки! Толстые ядовитые шнурки по полметра. И много!
- Чего ты привязалась, лесная чувырла, - рассвирепел я, - на кой мне болото? Перед ним пару лет назад высадили ёлки с соснами, ферштейн?
- Сам дурак, фуфло плюгавое, - в свою очередь взбеленилась рыжая, - включи мозг! Хвойник молодой, низина, до болота сотня метров. Сто пудов, у гадюк там коттеджный поселок.
- Напугала ёжика голым задом, - фыркнул я, - еще скажи, что жилой квартал построили. Ладно, дай пройти, мы на месте.
- То есть, без вариантов? - вздохнула лиса.
- Однозначно.
- Тогда иди с Лешим. И не волнуйся, если что - отпоем. Кстати, маленькое уточнение – ты какой формы гроб предпочитаешь?
- Круглый, - подмигнул я и под невнятные завывания лисицы углубился в хвойник.

Трехметровые елочки стояли ровными рядами, между которыми… Мама дорогая! Вот это да! Лисички! Крепенькие, чистые, а главное – много. Уже через час спину приятно оттягивал полный рюкзак, а до ведра с горкой оставалось буквально чуть-чуть.

И это чуть-чуть торчало впереди: семейка огромных, сантиметров пятнадцать, лисичек. Я неторопливо двинулся к грибам, краем глаза отметив, что рядом с ними валяется какая-то чудно выгнутая палка. В природе вообще много всего необычной формы: двойные шишки, трутовики, похожие на ящерицу, камни с человеческим лицом, причудливо сросшиеся деревья.

- Тюк! – что-то несильно ударило в сапог.
Мда, а вот под ноги надо смотреть повнимательнее. Палка-то оказалась гадюкой. Хорошо, что советскую кирзу даже пули не берут, а уж змея – тем более. Глядя на сверкнувший впереди хвост, я невозмутимо срезал грибы и задумался. Чтобы выйти из лесу, надо шагать вперед, а там взбешенная неудачей гадюка. Возможно, с подружками. Лучше поверну и сделаю крюк через лес. Будет дольше, но безопаснее.

Вскоре, пройдя несколько рядов елей, я вышел на участок, где тихо грустили полузасохшие сосенки. Может, земля им здесь не подошла, может, еще что-то, кто знает. Под ногами еле слышно хрустели иголки, где-то заливалась какая-то птичка, злобно шипели змеи, потрескивали стволы деревьев. Стоп! Змеи?
Глянув вниз, я только пискнул:
- Б… (гейша без японских понтов и твердого прейскуранта).

Вы пробовали зайти в бухгалтерию и демонстративно плюнуть на пол? Думаю, реакция будет вполне ожидаема: крики, возмущение, все бегают, толкаются, стараясь огреть наглеца и хама тяжелым. Примерно что-то подобное творилось у подножия сосны, на верхушке которой я восседал уже через доли секунды (крепко сжимая ведро в руках!).

Положа руку на сердце, признаюсь – такого никогда раньше не видел. Около десятка взбешенных гадюк ползали туда-сюда, явно разыскивая обидчика. Может, случайно наступил на их ресторан, может, разогнал митинг оппозиции, не знаю. Я вообще не специалист по змеиным обычаям и традициям, да и раздумывать было некогда: ветка предательски хрустнула.

Говорят, что в критических ситуациях у человека просыпаются удивительные способности. В тот день кроме мгновенного вознесения удалось познать и левитацию. Вопреки законам физики, я (всё также крепко сжимая ведро в руках!) воспарил над веткой, словно птица над гнездом. А вот на гнезде,кстати, было бы неплохо и посидеть. Особенно на белом, фаянсовом.

В этот момент одна слишком умная гадюка подняла голову вверх.
- Вот же б… (блудница – волонтер), - сверкнула мысль, - интересно, они по стволам лазят?
Змея, вероятно, думала о том же. И пока я тихо молился, к ней подползла вторая, потом третья.
- Помогите, - тонко пискнул нижний мозг.

Когда у дерева было уже четыре гадюки, перед моими глазами явственно засиял круглый гроб и вокруг него сотня лис, поющих отходную молитву:

Недолго мучился Андрюшка,
Прощально вякнув «мать» и «ах».
Его покусанную тушку
Нашли два грибника в кустах.

Горестно размышляя о скорой кончине, я как-то упустил из виду тот момент, когда змеи просто исчезли. И, что дальше? Можно спускаться или подождать? Озарение пришло неожиданно:
- Они же за лестницей метнулись! Нельзя терять ни минуты!

И спрыгнув (с ведром!) на землю, я огромными скачками полетел вперед. О, это был самый быстрый и невероятный спринт по пересеченной местности. В ушах свистел ветер, в груди бешено колотилось сердце, а внизу громко молился нижний мозг, переходя на визг, когда что-то тюкало по сапогам.

Буквально через несколько секунд, облегченно икая (вместе с ведром!), я уже выпрыгнул на дорогу. И заорал так, что спряталось солнце:
- Какого х… (языческий символ плодородия) разлеглась тут? Не нашла другого места, леса мало? Да что сегодня за х… (бесполезная фаллообразная вещь) творится! Су… (собаки-девочки) е…. (после соития), как вы за… (сильная усталость после группового секса).

- Тихо, тихо, - по лицу несколько раз ударил пушистый рыжий хвост, - все хорошо.
С трудом уняв дрожь, я выдохнул:
- Где змея?
Но лиса только сочувственно покачала головой:
- Явная амнезия на почве стресса. Ничего, это пройдет. А гадюки больше нет. Ты, пока матерился, её так затоптал, что и мокрого места не осталось. Успокойся, все позади.
Облегченно улыбнувшись, я в изнеможении сел прямо на землю:
- Есть бутерброд с колбасой. Будешь?

Эпилог.

С лисой мы встречались еще несколько раз. Кстати, всегда оставлял ей какое-нибудь угощение. А вот хвойник теперь обхожу за сотню метров. Мало ли, вдруг эти твари засаду устроят.

Автор: Андрей Авдей

27.02.2019, Новые истории - основной выпуск

"Цванцих центес" или день в Германии

Наверное, в один прекрасный момент моему ангелу-хранителю стало просто скучно, и он подумал:
- А не поехал бы ты, молодец добрый, в Германию. Вопросов накопилось много, надо решать, заодно страну посмотришь и себя покажешь. Только смотри, чтобы без приколов не обошлось. Обещаешь?
- Обещаю, - бодро ответил я и лихо выпрыгнул из вагона поезда «Москва – Берлин».

НЕМКА И АВТОМАТ

Дальнейший путь лежал в славный город Гамбург. Для чего нужно было переехать в Берлине с одного вокзала на другой, а там сесть на поезд. Поэтому задача была простой до безумия – купить билет и все. Казалось бы, что сложного?

Но, подойдя к автомату по продаже, я только пискнул:
- Гитлер капут.

На табло было такое обилие информации, что даже черт сломал бы мозг. А мои познания в немецком ограничивались лишь фразами «Хенде хох, матка, яйко, млеко, шнапс». Метод тыка на удивление не сработал. Наверное, в Германии тык вообще запрещен на государственном уровне.
В общем, после нескольких минут страданий я обратился к ангелу-хранителю:
- Хотел приколов, так помогай, а то зависну здесь до окончания командировки.

И тут же остановилась немка, спросившая на английском, куда нужно ехать. Получив ответ, она что-то быстро понажимала, кивком приказала воткнуть банковскую карту и вуаля. Через несколько секунд в моих руках был вожделенный билет.

Итак, первое впечатление – сами немцы. Если у вас есть проблема, и вы впали в состояние ступора, кто-то обязательно остановится и предложит помощь. Милая фрау, еще раз примите от чистого сердца огромное человеческое «данке шен».

ЭРЗАЦ-НЕМЕЦ

Перебравшись на другой вокзал, я решил перекурить и хоть немного осмотреться.
- Первая часть марлезонского балета началась, - хмыкнул ангел-хранитель, доставая попкорн.

Действительно, стоило остановиться рядом с урной, тут же нарисовался толстомордый эрзац-немец. То ли беженец, то ли прыгунец далеко не европейской наружности. Тряся бумажным стаканчиком, он увлеченно рассказывал:
- Уважаемый, помогите денюжкой. Сами видите, рожа у меня толстая, из-за щек ушей не видно. Это потому что жить холодно и голодно. А еще БМВ третью неделю не заправлен, и вообще работать не хочу, а в ювелирном бриллианты подорожали. за что покупать?

Чуть не всплакнув, я ответил твердо и решительно:
- Нихт ферштейн.

Нимало не смутившись, попрошайка тут же перешел на английский. Но ответ был таким же:
- Донт андыстэнд.
- Парле ву франсе? – не терял надежду эрзац-немец.
- Нихт парле.
- Пан розуме по польску?

Достал уже, полиглот хренов. В запасе оставалось «эстамос эн отонье» (сейчас осень на испанском) и полиплоидия (кратное увеличение числа хромосом, это из биологии). Поэтому я закончил разговор просто и многозначительно, на русском:
- Пошел в задницу.

И он пошел. Молча сделав «кругом» и даже не оглянувшись. Или понял, или решил проконсультироваться с коллегами по цеху, которых вокруг тусовалось просто немеряно. Все с бумажными стаканчиками. Еще раз подивившись количеству попрошаек, я подумал, что не мешало бы посетить и комнату для медитаций. Тем более что, извините, приперло.
- Вторая часть марлезонского балета, - закурил ангел-хранитель.

НЕМЕЦ И ТУАЛЕТНЫЙ РЫЦАРЬ

На входе стоял автомат, дарующий благодать облегчения за один евро. Приняв двухевровую монету, туалетный рыцарь довольно хрюкнул, но сдачу не выдал и пропускать отказался.
- Ты охренел? – удивился я.
- О, я я, - громыхнул автомат.
- Отдай деньги.
- Найн.
- Ладно, сдачу оставь, но дай пройти. Реально невтерпеж.
- Найн.
- Ну пути.
- Не путю.
- А с ноги в индикатор?

- Найн, - стоявший за спиной мужчина понял, что я готов на крайние меры. Поэтому он кого-то позвал и что-то объяснил. В итоге мне вернули один евро и пропустили ручным способом. Повторюсь, немцы всегда готовы прийти на помощь. Уважаемый гер, еще раз примите от чистого сердца огромное человеческое «данке шен».

ГДЕ НЕМЦЫ?

Этот вопрос возник, когда я вышел из здания железнодорожного вокзала в Гамбурге. Вокруг сновали, в основном, турки, арабы, индусы и прочие афрозодиаки.

- А немцы работают, - пояснил компаньон, когда, закончив обсуждение всех вопросов, мы неспешно двигались к его авто, - они появятся только вечером, таковы реалии.

Получается, настоящие немцы работают для того, чтобы эрзац-немцы целыми днями занимались ерундой. И всех устраивает? Размышляя о данном феномене, я медленно бродил по Гамбургу, периодически поглядывая на часы - до вечернего автобуса оставалось еще пару часов.

- Хи-хи-хи-хи, - обогнал невысокий индус в чалме (или как там оно называется).

Кстати, очень хотелось попробовать знаменитые баварские сосиски, с пивом.
- Хи-хи-хи-хи, - снова тот же индус.

Но вокруг предлагали только шаурму, люля-кебабы и кюба – лелябы. А где традиционная немецкая кухня?
- Хи-хи-хи-хи.

Чего он носится вокруг меня, как ненормальный. И кстати, повторюсь, где сами немцы? Ой, а где они на самом деле, и куда я попал?
- Хех, - усмехнулся ангел-хранитель, - братан, оглянись, вокруг одни турки, ты реально попал. Давай-ка выковыривайся поскорее.

ЦЫГЕЛЬ ЦЫГЕЛЬ АЙ ЛЮ ЛЮ.

Но включение режима экстренной эвакуации было прервано раздавшимся за спиной:
- Пш.
Не понял?
- Пш. Пш.

Оглянувшись, я увидел молодую эрзац-немцу, томно прислонившуюся к двери:
- Пш.
Судя по подмигиваниям, ей было что-то нужно.
- Пш, - и девушка повела бедрами, - хундерт эуро.

Аааа, дошло! Унитаз в квартире забился, ишь, как приплясывает от нетерпения. Видать, бедолагу подпирает, а помочь некому. Кругом одни криворучки. А что, может, и подработать сантехником? Тем более за сотку евро.

Ну, согласен, согласен, тупил я по-страшному. Во-первых, потому что очень устал, а во-вторых, потому вырос на «Бриллиантовой руке», где продажная дева предлагала себя иначе:
- Цыгель-цыгель ай лю лю.

Согласитесь, звучит и заманчиво, и многозначительно. Один только «цигель» дух захватывает!
А тут что-то непонятное:
- Пш.

Когда я сообразил, в чем дело, то гордо ударив себя в грудь, с достоинством изрек:
- Белорусо туристо – облико морале.
- Пш? – не поняла девушка.
- Хенде хох, - тут пришлось дать необходимые пояснения.

И мгновенно, как из турки, появились парни турки. Может, охрана, может братья, может, сестры, хрен его знает с их просвещенной Европой, кто там кто…
- Съе…йся, придурок (в смысле, хлопай ресницами и взлетай), - заорал ангел, чуть не подавившись попкорном, - они ща надают п..лей (будут бить больно, возможно, ногами).

В общем, вместо «ай люлю потом» пришлось оттолкнуть самого нахального и рвать на третьей космической в сторону городской ратуши.

УДИВИТЕЛЬНЫЕ ЛЮДИ

Немного отдышавшись, я убедился, что нахожусь не в туркосодержащем месте и с облегчением присел за столик небольшого кафе. Больше никуда не двинусь, лучше пива попью, когда еще будет такая возможность! К тому же рабочий день закончился, и наконец-то появились настоящие, не эрзац, немцы.

Вот пожилая пара, устроившись рядом, заказала по бокалу вина. Вот студенты, весело смеясь, присели в ожидании официанта.

Вот негр в кепке замер и посмотрел на меня, как Ленин на буржуазию.

Вот… Помните знаменитый типаж анекдотичных блондинок? Из серии «когда Бог раздавал мозги, я увеличивала губы и грудь». В общем, в чисто блондинистом розовом прикиде метрах в десяти остановилась китаянка (!). И во все горло стала проповедовать что-то за Иисуса Христа (!). Честно скажу, даже выступление гитлера перед нацией выглядело менее зрелищно и звучало более миролюбиво.

Кстати, на чокнутую внимания не обращал никто. Даже негр, снова замерший напротив и смотревший на меня, как воробей на просроченный йогурт. Чем я его заинтересовал?

-Курлы курлы курлы? – неожиданно подскочил какой-то парнишка.
Ничего не понял. Он же, поняв, что я не понял, быстро повторил:
- Куры-курлы цванцих центес?

Ясно. Денежку сшибает. Только почему именно двадцать? Почему не один, не пять, не десять? Сообразив, что не выгорит, попрошайка улетел дальше, а его место занял уже знакомый негр, смотревший на меня, как выхухоль на Налоговый кодекс.
- Бананов нет, - фыркнул я, ну реально надоело.
- И не будет, - со смехом добавил кто-то справа.

Ага. Наши! Следующие двадцать минут были посвящены знакомству и просто веселым разговорам ни о чем. Жаль, что время стало поджимать. Поэтому, тепло попрощавшись с братьями-славянами, я неспешно двинулся в сторону автовокзала. До отправления оставалось около двух часов.

ПАРТИЗАНЕН

И по закону подлости тут же задел пожилого немца, весело крутившего педали на велике. Естественно, попросил прощения, естественно, мы разговорились.

Дядька был не в обиде, сам повинился в том, что увлекся разглядыванием розовой китаянки (та же, перебралась на новое место и орала еще громче). Посмеялись, он оценил мое сравнение с гитлером.
- Вы из России?
- Нет, Беларусь.
- Беларусь, Беларусь, - мужчина старательно забормотал, пытался что-то вспомнить.

И тут меня осенило:
- Партизанен!
- О, я, я, - обрадовался мой собеседник, - Брест, Минск, Орша, Витебск!

Как я понял, родственника этого немца по вышеуказанному маршруту нехило пи...ли (любили со знанием дела и с винтовкой). Да так, что дети и внуки запомнили! Но если вы ждете дальнейшего злорадства, то разочарую. По молчаливому согласию, темы войны мы не касались, беседуя обо всем и ни о чем.

В общем, повторюсь, о немцах у меня осталось самое приятное впечатление: вежливые, добродушные, всегда готовы прийти на помощь. И даже оценить явное нарушение закона.

К СЛОВУ О КОНСПИРОЛОГИИ

Случилось это, уж простите, снова у пункта пропуска в комнату медитаций. Наученный горьким опытом, я опустил монету достоинством в один евро. Мля, да за что такое наказание! Опять нет!
- Сволочь, пропустишь?
- Найн, - ехидно задребезжал туалетный рыцарь.
- Я что, плохо пострижен?
- Хз.
- Чего?
- Того. Нихт проходирен, понятно?

И в тот момент на меня снизошло озарение. Тайное правительство уже существует. Пока оно просто тренируется, оттачивая технологии подчинения людей, но придет время....

В общем, грядущий Апокалипсис создадут автоматы, пропускающие в туалет. И мы никуда не денемся, будем поклоняться, как миленькие. А до выпендрежа ли, когда приперло?

Тогда и сбудется предсказание Ванги, что всю Европу накроет … Далеко не льдом, конечно, но все равно неприятно. Слава Богу, нас, славян, это не коснётся. Потому что…

- Господа, - повернувшись к стоявшим за мной немцам, воззвал я, - надеюсь, все видели, что проход оплачен, но чертова железяка восстала. Заранее извиняюсь.

После чего несговорчивый турникет был элементарно перепрыгнут под аплодисменты и смех. Так что немцы, как оказалось, способны оценить и юмор, и даже явное нарушение установленных порядков. Они вообще прикольные ребята, очень понравились. Только настоящие, а не эрзац, которые способные только на:
- Куры-курлы цванцих центес?

Это было последнее, что я услышал на немецком перед тем, как усесться в автобус. Впереди ждала долгая дорога и совсем другая страна. Но, в отличие от Германии, там все было все ясно и понятно.

Автор: Андрей Авдей

26.02.2019, Новые истории - основной выпуск

Любовь зла – ответишь за козла

Начало мая 2001 года порадовало теплом, поэтому я рубил дровишки в форме одежды номер два: штаны, сапоги и голый торс. А что, солнышко светит, ветерок прохладный, почему бы и не позагорать. Позагорал, блин. Да так удачно, что через неделю оформлялся в больнице: пневмония.

КОЗЛИКИ

В палате нас обитало четверо: Игорь, Сергей, Валентин и я. Познакомились быстро, а с Игорем еще и стали друзьями. Кстати, несмотря на начало дачного сезона, основной контингент пульмонологии состоял почему-то из бабушек. Причем старушки были не просто лихими, а бесшабашными на всю голову.

Заметили мы это почти сразу. Вечером, после стандартной процедуры «мазнули ваткой – воткнули - ойкнул» каждый занимался своим делом. Кто-то читал, кто-то смотрел телевизор. Бабули же, перемигиваясь, сначала дрейфовали по коридору, а потом резко исчезли.
- Может, дрыхнут? - возвращаясь с Игорем из курилки, предположил я.
Тот лишь пожал плечами:
- Или на улице.
- Какие милые козлики!

Опа! Хором икнув от неожиданности, мы выпучили глаза на хихикающих у лестничного пролета козочек восьмидесятилетней выдержки. Вот и бабули нашлись. Глазки блестят, суставы похрустывают. И, главное, весело так, с задорным притопом и намёками. Явно хлебнули втихаря.
- Андрей, - выдохнул Игорь, - вон та, в пуховой шали, наручники вяжет. Сам видел.
- Не тыкай пальцем, решит, что понравилась, - зашипел я, - ой, она подмигнула!
- И что это мы дрожим, - сложив губки бантиком, одна из «молодиц» многозначительно кивнула на бутылку, - может, винца для храбрости?

Честное слово, мы рванули так, что обогнали тапки. Кажется, бежали даже по потолку. При этом губы тряслись, глаза слезились, а в ушах звенело удивленное:
- Ребята, вы куда?
Кто бы мог подумать, что бухие пенсионерки по вечерам выходят на охоту? И ведь сразу не угадаешь, что у них в голове! По своей природе пьяная женщина вообще непредсказуема, а если к тому же связала наручники ...

- Интересно, они знают, в какой мы палате, или нет, - с трудом прокашлявшись, просипел я.
Словно отвечая на вопрос, дверь скрипнула, явив пуховую шаль:
- Ребята, вы здесь?
Сдавленно пискнув, мы тут же нырнули под кровати.
- Ушли, - горестно вздохнула бабуля, - а жаль, всё так хорошо начиналось.
- Слава Богу, пронесло, - подумали мы.
Стоп, а где Серега и Валентин?
- Ребята! – донеслось из коридора.

С тех пор, если я вижу губки бантиком, то сразу икаю.

КОЗЛЫ

Единственный плюс больницы – можно выспаться. Казалось бы, ан нет.
- Кто много спит, тот быстро толстеет, - и, грохнув ведром об пол, в палату шагнула санитарка по кличке Громозека.

Судя по габаритам, лично она просыпалась только ради нашей побудки. Для понимания, весь я – это её нога. Плюс тётка обладала недюжинной силой, легко поднимая кровать вместе с пациентом. Не удержался? Твои проблемы.

Уборка проводилась оригинально: кроме мытья санитарка пинала все, что на полу. Главное, столкнет, а потом бесится:
- Устроили бардак.

Да какой бардак, я здесь не валялся, сама же вытряхнула из кровати. Хорошо еще, что увернуться смог. Нога у тетки, как и рука, была очень тяжелой.

За что она не любила нашу компанию, сказать сложно. Может, кто-то внешне смахивал на зятя или на покойного мужа, умершего от счастья через день после свадьбы. А может, на первую любовь, отказавшуюся от возлежания даже под угрозой переломов и вывиха копчика. Почему я так думаю? Да потому что начинать в палате уборку ровно в шесть утра можно только ради страшной мести!

Ни просьбы, ни уговоры не помогали.
- Послушайте, по распорядку подъем в семь тридцать!
- Ноги убрал!
- В конце концов, дайте поспать!
- Устроили бардак.
Ладно, не нравится тебе кто-то, убей его. В конце концов, защекочи усами насмерть. Беднягу не спасти, но остальные выспятся!
- Ноги убрал!

Да сколько можно! Мы же не нанимались отвечать недосыпом за грехи неизвестных страдальцев. Поэтому на внеочередном собрании кашляющих было принято решение бороться до последнего чиха.

И уже следующим утром тетку ждал сюрприз в виде сумки с огромным воздушным шариком внутри. Хитро спрятанные вокруг иголки притаились в полной боевой готовности.

Все-таки у женщин есть какое-то седьмое чувство, предупреждающее об опасности: Громозека вошла в палату слишком неуверенно и тихо.

Но явное нарушение порядка заставило мгновенно позабыть об осторожности:
- Совсем оборзели. Развели бардак.
И замахнувшись изящной пятидесятикилограммовой ножкой, тётка со всей дури влупила по сумке. Грохот был такой, что в процедурной две капельницы приняли буддизм, а кардиограф признался в любви к электрофорезу.

Знаете, я все-таки восхищаюсь этой женщиной. Другая бы на её месте заорала во всю силу легких. А эта просто улетела на ведре, быстро загребая шваброй, напоследок рыкнув:
- Козлы!
Ну и что, что козлы, зато стали высыпаться. Ведь после того случая уборка в палате начиналась ровно в семь тридцать. Причем вначале грохало ведро, а затем Громозека рычала приветствие:
- Козлы, вы еще за это ответите.

И КОЗЛЫ ОТВЕТИЛИ

Лично я твёрдо уверен в том, что у женщин есть свой бог. Римский, Истерий Падлиус. Это он сделал так, что уже через два дня после воздушного шарика наши, простите, задницы стонали и плакали.

И было от чего. Процесс лечения, кроме таблеток, заключался в трехразовом получении двух уколов. Первый был умеренно болезненный, второй – свыше умеренного. Но молоденькая сестричка, Катя, делала все очень аккуратно и без неприятных ощущений. Поэтому процедура была вполне себе терпимой.

Но вот Истерий услышал Громозекины молитвы. Вероятно, тётка дала клятву не есть после шести вечера больше шести порций весом более шести килограмм. И тронутый этим актом самопожертвования Падлиус отправил Екатерину на курсы, взамен прислав Марию: тоже милую и красивую девушку.

Я заподозрил неладное, когда в палату, оскалившись, заглянула Громозека собственной персоной:
- Авдей, на уколы.
С чего бы это вдруг? Мы недоумённо переглянулись, а вот задница вздрогнула, почуяв опасность.

Ладно, разберемся на месте. Но все подозрения рассеялись, стоило войти в процедурную:
- Здравствуйте, - улыбнулась новая медсестра.
Какая милашка, добрая, приветливая, чего боялся-то?
- Вы так похожи на моего бывшего мужа, - продолжила девушка, - ложитесь.

Церемонно оголив седалище, я уже был готов на затейливый комплимент, как вдруг…
- Ах, ты ж, муха-цокотуха, выдра гватемальская, - мелькнуло в голове после не очень болезненного укола.
- Если погибну, считайте меня трансвеститом! – когда Мария делала второй, я был готов на все, только бы уйти.

Обратный путь до палаты занял не меньше десяти минут. Шел медленно, по стенке, отчаянно хромая.
- Что такое? – удивились мужики, когда моё тело с громким всхлипом рухнуло на кровать.
- Оказался похож на бывшего мужа.
- Не повезло, - вздохнул Игорь, - ладно, пошёл, моя очередь.
Через несколько минут всхлипы раздавались дуэтом:
- Один в один бывший свекор.
А спустя полчаса в палате завывал квартет страдальцев. Сергей поразил сходством с братом коллеги мужа по работе, а Валентин – с троюродным племенным внучатиком почетного свидетеля на свадьбе младшей сестры лучшей подруги свекрови.

Вот так Мария превратилась в Маньку – группенфюрера, а мы шли на уколы, только попрощавшись друг с другом. Кто знает, вернешься ли обратно? Может, прямо на кушетке улетишь в небеса, оставив после себя метровую иглу в холодеющей заднице.

Радовало только одно – вечером колола другая медсестра. Девушка совсем недавно вышла замуж, наслаждалась лучшим периодом семейной жизни и поэтому была веселой и счастливой. Мы же истово молились, чтобы выздороветь до первой ссоры молодых. Они-то помирятся, а вот наши седалища второго группенфюрера не переживут.

Кстати, никаких диверсий в адрес Маньки мы не совершали. Всё-таки девушка. Наверное, поэтому смилостивившийся Истерий подсказал, как облегчить адские муки. О, это был воистину коварный план женского бога.

Я не знаю, что подумали родители, когда одновременно (так вышло!) принесли всем четверым пластмассовые тазики. Я не знаю, что навоображала себе на посту дежурная медсестра, глядя, как мы тащим из ванной наполненную кипятком тару. Я не знаю, кем нас обозвали вездесущие бабули: наркоманами, проститутками или депутатами.

Знаю только одно: сидеть на гнезде неудобно. И не надо ржать! Да, каждый вечер один становился на шухер, пока остальные грели в тазах измученные задницы.

Это был единственный выход. Ведь на третий день мы хромали так, что даже патологоанатом заинтересовался. Ему, видите ли, захотелось изучить, какие процессы начались в молодых организмах.
- Мужики, имейте в виду, есть специальный чистый стол для вип - пациентов. Так что как только, милости просим в морг!

Помирать мы не собирались, а вот горячая водичка – это кайф. Может, именно благодаря ей и выжили, знатно повеселив Истерия, да и все отделение.

Кстати, больше всего от Маньки доставалось мне. И не из-за сходства с бывшим. Просто, решив, что терять нечего, я заходил в процедурную, щелкая тапками и вскидывая руку в известном приветствии.

А на приказ ложиться отвечал громко и четко:
- Яволь, майн группенфюрер.
Да пофигу, семь бед – один ответ, помирать, так с музыкой.

- Сейчас кто-то дояволькается, - с улыбкой пообещала медсестра.
- Жду, не дождусь, ах, ты ж, тык-тыгыдык, тыгыдык, тыгыдык!
- Вы ругаетесь? – удивилась Манька.
- Конечно, нет, группенфюрер! Просто тыгыдыкнул от переизбытка чувств. А можно поржать лошадкой?
- Можно даже поматериться, - и с этими словами медсестра вонзила второй укол.
- Е…кая сила (удивительная способность, даруемая виагрой)!

Через минуту, с трудом поднявшись, я медленно похромал в коридор.
- Тапочки забыли! – крикнул группенфюрер.

Сами придут, не маленькие. А мне нужно поскорее в палату и на гнездо, горячая водичка ждёт. Даже если кто-то заглянет, пофигу. Уже давно абсолютно пофигу, совсем. А интерес к жизни сузился до размеров стремительно черневшей задницы.
- Эх, житие мое.

Наконец, устроившись в позе орла на мешке картошки, я снова горестно вздохнул:
- Господи, когда же выписка?

Не поверите, в день освобождения ваш покорный слуга, хромая, обогнал два рейсовых автобуса и четыре маршрутки. А вечером моя девушка, заметив темно-сине-черно-зеленое седалище, расплакалась:
- Андрей, скажи честно, тебя пытали?

В общем так, мужики. Женитьба на медсестре – только до гроба! А тем, кто уже думает разводиться, хочу напомнить. За вас, козлов, ответят невиновные и непричастные. Истерию Падлиусу до фонаря, он разбираться не будет. В этом я убедился на собственной заднице.

Автор: Андрей Авдей

25.02.2019, Новые истории - основной выпуск

Приколам возраст не помеха или козёл в институте.

Предисловие. Несколько раз я был удостоен почетного титула «козёл». Иногда это говорилось с интересом, иногда – со злостью, иногда – с добродушной улыбкой. Но всегда – исключительно представительницами слабой половины человечества. Итак.

Горный козел.

После окончания магистратуры в 98-м мне было предложено распределение в родной город на должность преподавателя филиала столичного вуза. Инженеры-радиофизики в те времена не требовались, а уж со специализацией «физическая микроэлектроника» тем более.

Ну и ладно, препод так препод. Отмечу, что выглядел тогда пацан пацаном, отличаясь от студентов только костюмом. А уж если надевал джинсы…

На момент описываемых событий, в 2000-м году, а точнее - в последний день августа, я в самом мрачном расположении духа ехал на торжественное чествование первокурсников. Их, кстати, был полный автобус. Все возбужденные и радостные, в отличие от меня.

Причина плохого настроения крылась в твердом решении директора филиала, озвученном днем ранее:
- Так, Андрей Николаевич, пора браться за общественную работу.
- В БРСМ (аналог комсомола в Беларуси) не вступлю даже в голодный год за мешок картошки, - категорично отрезал я и добавил, - за два тоже.
- Думали так легко отделаться? Не выйдет. Принято решение назначить вас куратором группы первокурсников. Будете для них вторым папой.
- Сергей Викторович, - взмолился я, - из меня папа, как из ежика отвертка. Ни знаний, ни опыта. Завалю работу!
- Если завалите работу, завалю премию, - пообещал директор, добавив, - желаю удачи на воспитательном поприще.

Здесь надо отметить, что в нашем филиале к вопросу кураторства относились более чем серьёзно. Сами понимаете, специфика небольшого города давала о себе знать.

Залетел, к примеру, пьяный студент в милицию – куратора к ответу, почему не досмотрел. Залетела на две полоски трезвая студентка – опять куратор виноват. Самое интересное, что первыми начинали возмущаться папы и мамы. Словно не они, а ты обязан колесить по городу, выискивая подопечных, которые где-то расслабляются и как-то размножаются.

Да ведь взрослые люди, в конце концов. Короче, куда не кинь – везде клин, и о премии на ближайшие два года можно забыть. А раз так, долой официоз вместе с костюмом и галстуком! Поеду в джинсах, вдруг за не подобающий внешний вид избавят от кураторства?

- Что ты, молодец, невесел, что ты голову повесил?
На меня, улыбаясь смотрели две симпатичные девушки.
- Настроения нет, - честно пожаловался я, - вообще.
- Тоже на филиал?
- Угу.
- Меня Ирина зовут, - подмигнула одна из подружек.
- А меня Светлана, - улыбнулась вторая.

Мне бы в этот момент следовало или заткнуться, или раскрыть карты, но внутренний чертик, соскучившись от безделья, решил иначе:
- Андрей, очень приятно.
- Тоже поступил? - спросила Ирина.
- Нет, два года отучился. Если сегодня повезет, переведут на третий курс.
- На пересдачу едешь? – сочувственно посмотрела Светлана, - какой предмет?
- Статистика.
- У Авдея? – с ужасом выдохнули подруги.

Хм, а вот это уже интересно. Оказывается, первый курс обо мне что-то знает. Или не знает, но слышал. В любом случае, ситуация забавная.
- У Авдея, - скорчив жалобное лицо, кивнул я.
Как и следовало ожидать, вопросы посыпались тут же:
- А правда, что ему нереально сдать?
- Чистейшая, - перекрестился внутренний чертик, - не препод, а демон очкастый.
- И на лекциях отмечает?
- Мало того, после него в аудиторию заходить бесполезно. Опоздал – твои проблемы.
- Вот козел, - не выдержала Ирина.
- Рогатый, - согласился я, - и еще редкая сволочь. Вы бы знали, что творится на его экзаменах!

И дальше Остапа понесло. Перед глазами пораженных девушек стоял уже не преподаватель, а демон, вырывавший сердца за не сданную вовремя контрольную. Злобно хохоча, он отправлял на плаху в случае малейшей ошибки в расчётах. А уж тех, кто попадался на шпаргалках, вообще ждала медленная и мучительная смерть через многократные пересдачи.
- Редкий козел, - с трудом выдохнула Светлана.
- Горный, - уточнил я и, глядя на удивленные лица подруг, добавил, - ну, горные козлы очень редкие. Кстати, наша остановка.

Выйдя из автобуса и неспешно двигаясь к зданию филиала, мы продолжали болтать о будущей учебе и моей пересдаче.
- А ты забавный, - улыбнулась Светлана.
- Даже не представляешь, до какой степени, - подмигнул я.
- Может, сегодня посидим где-нибудь? – предложила Ирина.
- А давай, - радостно согласился чертик, - встречаемся на остановке в 12-30, договорились?
- Идет, - согласились подруги.
- Отлично. А теперь мне пора. Надо заранее сесть на первый ряд, так Авдей решил. И пока вас будут поздравлять, глядишь, получу свой законный трояк.
- Ни пуха, - улыбнулась Ирина, - и передай тому козлу, что если поставит два балла, мы его порвем, как Тузик грелку.
- А справитесь?
- Подружек позовем! – заверили девушки.

Мда, представляя картину разрыва подружками, я трусцой добежал до актового зала и быстро уселся на первом ряду, где уже чинно расположились коллеги.
- Почему без костюма? - рыкнул директор.
- Пиджак в химчистке.
- И как теперь группе представлять будем? В джинсах?
- Может, ну его, а, Сергей Викторович? – несмело предложил я, - это ж какое мнение сложится о профессорско – преподавательском составе филиала? Предлагаю лишить почетного звания куратор и отпустить на все четыре стороны.
- Хитрый какой. Приказ подписан, так что не отвертишься, - и, погрозив кулаком, директор неспешно поднялся на сцену.

Вскоре началась торжественная церемония. А мы с коллегой под напутствия и пожелания успехов тихо делились последними новостями. Со стороны казалось, будто я отвечаю на вопросы, а сидящий рядом преподаватель внимательно слушает, решая судьбу нерадивого студента.
- А сейчас, - прогремело с трибуны, - мы вас познакомим с кураторами групп.

Вот и настал судный час. Выйдя на сцену под настороженные аплодисменты, я, естественно, принялся высматривать подружек. Нашел их очень быстро, по торчащим дыбом прическам. Бедные девочки.
- Интересно, придут или нет? - примерно через полчаса я задумчиво курил на остановке, посматривая на часы.

Не подумайте ничего плохого, но даже внутренний чертик обязан доиграть свою партию до конца. Правда, долго ждать не пришлось: мимо пролетело такси, в котором с выпученными от ужаса глазами сидели Ирина и Светлана.

Значит, встретимся завтра, как раз по расписанию стояли две лекции у первого курса. Вполне логично предположить, что девчонки будут отсутствовать. Потому что страшно! И вообще, после эпического повествования о демоне, рассказанного самим демоном, лично я вообще бы отчислился от греха подальше.

Следующим утром меня задержали недалеко от аудитории:
- Андрей Николаевич!.
Кто бы сомневался! Стоят девчонки, стоят в сторонке, платочки в руках теребят.
- Почему здесь?
- Мы…, - робко начала Ирина.
- Хотим …, - поддержала Светлана.
- Во-первых, извиняться нужно не вам, а мне, - перебил я, - а во-вторых, Авдей хоть и горный козел, но не злопамятный. Бегом на лекцию.

Собственно, вот и все.
Время пролетело незаметно, и в 2005-м году, успешно пройдя все этапы обучения, Ирина со Светланой получили дипломы. А спустя еще пару лет, разыскав меня в соцсетях, даже приглашали на свадьбы. Приехать не мог, поэтому просто от всей души пожелал огромной любви и счастья в семейной жизни.

Кстати, девчонкам я ни разу не поставил ниже "отлично". Все-таки было очень неудобно.

Добрый козел.

Математическая статистика для гуманитариев – это сродни демонологии. Ничего не понятно и вызывает благоговейный трепет. И это надо сдавать на экзамене?

- Да мне проще двойню родить, чем статистику выучить.
Кстати, автор этой фразы к началу сессии была в ярко выраженном положении. За что получила «хорошо» автоматом. Не хватало мне еще роды принимать.

А вот остальным пришлось тянуть билеты и с кряхтением располагаться за партами.

Минут через пять после того, как все расселись, дверь несмело скрипнула:
- Можно?
- Катя? – удивился я, - конечно, заходите.

Когда девушка вошла, замерли даже часы на стене. Блин! Что с ней? Лицо заплаканное, сумка и куртка в грязи, еще и явно прихрамывает. Или избили, или ограбили, или и то, и другое.

Положив зачетку на стол, Екатерина всхлипнула:
- Ставьте два балла, все равно не сдам.
- Присядьте и успокойтесь, - предложил я, - что произошло?

С трудом уняв дрожь и глядя куда-то в сторону, девушка поведала самую невероятную историю:
- Вышла из квартиры, вспомнила, что забыла зачетку. Вернулась. Села в автобус – он проехал несколько остановок и сломался. Остановила маршрутку. Та проехала еще несколько остановок и заглохла. Вызвала такси, слава Богу, довез. Когда бежала к филиалу, дорогу пересекла черная кошка. Тут же споткнулась, сломала каблук. Кое-как доковыляла до входа, на пороге споткнулась опять, ударилась коленкой. Уже поднимаясь на второй этаж, встретила уборщицу с пустым ведром. А перед самым кабинетом выпала зачетка. В общем, Андрей Николаевич, если я что-то и знала, то уже забыла. Да и все приметы говорят, что не мой день. Ставьте два, поеду домой.

- Давайте поступим иначе, - предложил я, протягивая зачетку, - ведомость на пару дней задержу, пересдадите с другой группой. Кстати, не надо верить в дурные приметы.

Тихо поблагодарив, Катя вышла за дверь. Радостный визг раздался через минуту, хруст второго каблука – через две. В принципе, логично. Домой можно и на такси доехать, тем более что в зачетной книжке красовалось: «статистика», «отл.», подпись.

Шах и мат, суеверия.

Автор: Андрей Авдей

23.02.2019, Новые истории - основной выпуск

«Отвали!» или три змеелова и ужиха

В уже далекие времена, когда я был очень любознательным и очень ушастым пацаном, мои летние каникулы иногда начинались с поездки в пионерский лагерь от строительного треста.

Эх, детство золотое. Массовки (на современном языке – дискотеки), ночные походы к соседям, чтобы измазать их пастой (предварительно нагретой в трусах), ловля раков в позе рака, и побеги в военный госпиталь, где можно было отхватить то эмблему, то шеврон, то грандиозные люли (если нарывался на офицера).

Классно было, но иногда скучно. Пионерский огонь в филейной части у меня тогда полыхал, как мартеновская печь. Всегда хотелось чего-то эдакого. Вот и летом 1983 года с мечтами о героическом времяпрепровождении я, насвистывая, вошел в свою десятиместную комнату, где уже неспешно распаковывались еще двое парней.

Только глянув друг на друга, мы сразу поняли – нашлись. Единомышленники, мгновенно ставшие друзьями: ваш покорный слуга, Игорь и Виталя. Всем по одиннадцать лет, примерно одинакового роста, телосложения и с таким задором в глазах, что вожатый по кличке ВС (от Валерий Сергеевич) лишь прошептал сквозь зубы:
- С этими мушкетерами покой нам будет только сниться.
- Не волнуйтесь, - хором вякнули мы, - обещаем вести себя хорошо в пределах разумного.
- Разве что, пробегая через мосточек, - добавил Игорь.
- Ухватим кленовый листочек, - продолжил Виталя.
- Или два, - несмело предположил я.
- Вот этого и боюсь, - всхлипнул вожатый, - и сдался мне этот пед, лучше бы в армию пошёл. Ой, дурак, ой дурак!

Но, против ожидания, за четыре дня мы только измазали пастой девчонок, нарисовали кукиш на двери корпуса и ночью привязали к кровати командира отряда из активистов. То есть вели себя практически идеально. Поэтому на пятый день ВС, бдевший за нами, аки прапорщик за мылом, расслабился.

А зря. Как раз к этому моменту наша компания затосковала. Точнее, загоревала, ибо утром проснулась, густо измазанная пастой. Девчонки из отряда все-таки сумели взять реванш. И теперь, сидя за клубом, мы с самым мрачным настроением жевали чернику, собранную, естественно, за территорией лагеря.

- Надо отомстить, - выплюнув кислую ягоду, хмыкнул Игорь.
- Как? С пастой не получится, будут готовы, - возразил Виталя.
- А еще воспиталка хочет засунуть нас в спектакль, чтобы дурью не маялись, - грустно сообщил я и добавил, - вот змея.
- Где? – встрепенулись Игорь с Виталей.
- Кто? - не понял я.
- Змея!
- А кстати, - и мы, переглянувшись, улыбнулись.

Родившаяся идея была, как минимум, безумной, а как максимум…
- Лучше доедайте чернику, она полезна для зрения и, теоретически, для мозгов, слышите? – громко верещал на сосне поползень.

Но, проигнорировав мудрую птицу, мы бросились в корпус за необходимым реквизитом. Звезды сложились так, что в тумбочке Игоря стояла пустая трехлитровая банка от сока, капроновую крышку подогнал Виталя, карманный ножик был у меня.
- Куда собрались, мушкетеры? – подозрительно воззрился Валерий Сергеевич.
- За шишками и желудями, - преданно глядя вожатому в глаза, ответил я.
- А банка?
- Складывать.
- А крышка?
- Чтобы не высыпались.
- Зачем они вам? – сощурился ВС.
- Для поделок, скоро конкурс, забыли? – с лицом праведника ответил Игорь.
- И правда, - улыбнулся вожатый, - только не долго, и за территорию не выходить, ясно?

- Ничего им не ясно! Остановите, пока не поздно! – это вездесущий поползень чуть ли не в ухо орал беспечному вожатому.
Но тот, улыбнувшись проходившей мимо воспитательнице, не обратил внимания на вещую птицу, созерцая пышные девичьи формы. Да и что могут сотворить трое мелких за час до обеда? Ничего! Забегая вперед, скажу, что вскоре ВС кардинально изменил мнение по поводу наших способностей. Ну, когда отдышался.

- И где их искать? – Виталя задумчиво рассматривал три невысокие елочки и старый пенек.
- Точно не здесь, - согласился я.
- Айда за клуб, там солнца много, можжевельник растет, - предложил Игорь.
- Да ты гений, - восхитились мы с Виталей.
- Вы придурки! – уже шептал осипший от крика и заранее поседевший поползень.
Но кто будет слушать птицу, тем более что за клубом нас сразу постигла удача.
- Тсс! – Игорь приложил палец к губам, - смотрите.

Впереди, прямо на разогретой хвое одинокий уж, зажмурившись от наслаждения, принимал солнечные ванны.
- Решено, вечером ползу свататься, в конце концов, сколько можно, - не замечая нас, размышляла рептилия, - подумаешь, маме её не нравлюсь. Гадюка старая, никак не угодить. То цветы не те, то слишком поздно в гости пришел, то…
- Есть, - взвизгнул Игорь, - крепко схватив ужа за шею, давай банку.
- Мляшшш, отпустите меняшшш, - возмущался уж.
- Отпустите его, - сипел поползень.
- Отпустил? - спросил я.
- Отпустил, - кивнул Игорь.
- Закрываю, - с этими словами Виталя плотно насадил крышку.

Несколько минут мы любовались бесновавшимся ужом, заодно пополнив словарный запас десятком интересных выражений, самым мягким из которых было «ерканутые рододендроны». Первый успех так раззадорил, что дальше началась самая настоящая зачистка всех близлежащих кустов.
- Уходит!
- Палкой, палкой прижми!
- Шшшшотвалите!
- Заталкивай, что значит, не хочет!
- Не хочушшшшшшшш!
- Тебя не спрашивают!
- Ух.

Вскоре мы с гордостью рассматривали банку, в которой нас материли целых три ужа. Поэтому к рододендронам добавились «ерпыль ушастый» (это персонально мне, кстати, было обидно), «устрица в шортах» (Игорю), «выпороток дятла» (Витале) и «растатуй вас свербигузом по самые пионерские галстуки» (безлично всей компании).
- Класс, - хлопнув по крышке, потянулся Виталя, - я вон того, самого большого поймал.
- Я остальных, - гордо хмыкнул Игорь.

И друзья посмотрели на меня:
- А ты?
- Помогал, загонял, держал банку, вот, - промямлил я.
- Трус, - авторитетно заявил Виталя, - боялся, сознайся.
- Нет, не боялся, да я, да мне, да…
- Если не поймаешь, - Игорь решительно щелкнул пальцами, - девчонкам отомстим без тебя. Понял? Ждем десять минут.

В тот момент я побил не один рекорд по спортивному ориентированию и бегу с препятствиями. Но под кустами можжевельников не было даже самого завалящего ужика. В радиусе десяти метров – тоже. Оставались только елочки внизу, там тепло, влажно.
- Хе-хе-хе, - злорадствовал поползень, - вот тебе, бабушка, и Юрьев… Мля! Стой!

Зачем так орать? Я и сам замер, любуясь открывшейся картиной: на крохотной полянке блаженствовал огромный, полуметровый уж.
- Вот это красавец, - а перед глазами стояли удивленные лица друзей, которые, увидев это чудо, захлебнутся от зависти.

- Жених недоделанный, сколько раз ему говорила, ты – не пара. Ни хвоста не понимает, все ползает, - не обращая внимания на сопящего пионера, предавалась мыслям рептилия, - еще цветы надумал таскать. А у меня аллергия и вообще…
- Попался! От меня не убежишь!
- Утекай, тебе скоро придет писец! – заверещал перепуганный поползень.
- И не один, - пыталась вывернуться змея, но детская ладошка держала крепко.
- Врешь, не уйдёшь!

- Мужики! Позырьте, кого поймал, - с этими словами я выбежал к заждавшимся друзьям.
- Ого, - удивился Виталя, - а этот точно уж?
- На голове желтых пятен нет, - поддержал Игорь.
- Это ужиха, - авторитетно заявил я.
- Отвали, ненормальный! - яростно извивалась змея, - я вообще-то гадюка, слышишь? Га-дю-ка. Отпусти шею, мне больно. И повторяю: я змея, причем ядовитая, слышишь, апостроф ушастый? Я-до-ви-та-я. Открой учебник зоологии, на семнадцатой странице все написаноооооооооооо!

Последний возглас заглушила плотно севшая капроновая крышка: вот и четвертая рептилия заключена под стражу.
- Горгона Злорадовна? – удивился первый пойманный уж.
- И он здесь, - фыркнула та, - повторяю, вы не пара, ясно?

Но мы, не обращая внимания на внутрисемейные разборки, быстро продвигались к корпусу. Задача была сложной: доставить ценный груз и при этом не спалиться. Наверное, наши ангелы-хранители в тот момент или отвлеклись, или вышли покурить, или, наоборот, не вмешивались, ожидая дальнейшего развития событий. В общем, банка с ужами незаметно передислоцировалась в комнату, в тумбочку Витали. Диверсию было решено провести после обеда, перед тихим часом.

- Стойте, они же задохнутся! – неожиданно вспомнил Игорь.
Вот и ножик пригодился. Мы быстро вырезали в крышке дыру и, захлопнув тумбочку, выбежали строиться на обед.

А через двадцать минут наша сытая и довольная компания возвращалась в корпус, представляя себе в лицах, как будут визжать девчонки. На всякий случай, чтобы раньше времени заговор не был раскрыт, мы ускорились и первыми забежали в комнату…
- Мужики, - прошептал Виталя, - банка пустая. Ой, мамочка!
- Ой, мамочка, - согласился Игорь.
- Коловпатий Еврат, - резко охрипшим голосом соригинальничал я.

И было от чего перепугаться: на кроватях уютно разместились взбешенные ужи, безумно ждавшие реванша. Теоретически, конечно, мы знали, что они не ядовиты, но практически....
- Раз, два, три, - не шевелясь, пискнул Виталя, - а где четвертый?
- Андрюха, обернись, - выдохнул Игорь.

Прямо у двери, заблокировав пути отхода, дружелюбно улыбалась «ужиха»:
- Добрый день, скотина, шшшшшшшшшш.
- Пук, - тихо ответил я.
- Молился ли ты на ночь, Дездемоний? - продолжала изгаляться змея.
- Куп.
- Чего? - не поняла рептилия.
- Простите, - извинился я, - пук.
- Горгона Злорадовна, разрешите мне, да я за будущую тещу…- вмешался «Виталин» уж.
- Сколько раз тебе говорить, вы не пара, - змея буквально на секунду отвлеклась в сторону неугомонного жениха, но мы успели.

Громкий треск сразу из трех пусковых установок ознаменовал групповой старт космических аппаратов. Озадаченная рептилия не успела даже ничего сообразить, как над ней, благоухая всеми ароматами испуга, пролетели три белых, как смерть тела.
Дальше был громкий хлопок дверью и невероятный прыжок на улицу. Где-то позади взбешенная змея обещала самые страшные кары, но мы уже были вне досягаемости: окна и дверь закрыты, все подходы густо запуканы так, что и мышь не проскочит, помрет на вдохе.

- Что будем делать? - отстрелив последний заряд, шепнул Игорь.
- Сдаваться, - предложил я, - а вот, кстати, и ВС идёт с воспиталкой.
- Эй, мушкетеры, почему такие бледные? - весело спросил вожатый.
- Все хорошо, - через силу улыбнулся Виталя, - только в комнату не надо заходить.
- Там змеи, - понуро опустил голову Игорь.
- Какие? – сразу похудела воспиталка.
- Три ужа, - вздохнул я, - и ужиха.
- Откуда знаешь? – удивился ВС.
- Она без желтых пятен.

Глядя на побелевшее лицо вожатого, мы поняли, что…
- А я предупреждала, - донеслось из-за двери, - но вам, долбодятлам, все пофигу! Особенно тому ушастому ерпылю! Двоечник, кто тебя только в пионеры принял! И вообще, то, что меня, приличную женщину, засунули к троим неженатым мужикам, я еще прощу. Но то, что будущий зять увидел не накрашенной…
- Горгона Злорадовна, так вы змеешипляете наш брак?
- Не придирайся к словам!

Дальше мы не слышали, потому что минутный ступор вожатых сменила бурная активность. ВС за секунду успел подпереть дверь комнаты и вывести всех из корпуса. А стремительно худеющая воспиталка метнулась в санчасть, дирекцию лагеря и еще куда-то.

Через час гадюка и ужи были пойманы и выброшены за забор в самом дальнем углу лагеря. А мы…
- … изгоняетесь из обители сей на веки вечные, - громыхал директор, глотая успокоительное и запивая горячительным, - завтра приедут родители, собирайтесь.

Но спасло заступничество директора стройтреста. Наверное, он просто пожалел троих охламонов, как и родителей, оплативших путевку. А, может, и сам в пору лихого дества чудил так, что вороны крестились. Кто знает.

Так что в лагере мы остались, но в разных отрядах, в разных корпусах и под неусыпным надзором. Любая, даже случайная встреча всех троих была сродни пожару: тут же, как из-под земли, появлялись вожатые, воспитатели, а иногда и сам директор с успокоительным наготове. В общем, больше даже черники не поели. И до конца смены нас величали не иначе, как «змееловы».

Эпилог.

Я часто думал о том, почему гадюка не укусила никого, особенно меня. Наверное, Бог на самом деле бережет дураков и пьяниц. А умными нас обозвать, согласитесь, было очень, очень сложно.

Но гадюки все же отомстили, двадцать лет спустя. Но это совсем другая история.

Автор: Андрей Авдей

22.02.2019, Новые истории - основной выпуск

Чуть помедленнее, Фрося

НЕБОЛЬШОЕ ВСТУПЛЕНИЕ.

Сколько себя помню – каждое лето проводил в деревне, по мере сил помогая бабуле управляться с хозяйством. Интернета в те далёкие времена еще не придумали, поэтому свободное время проводил или на рыбалке, или в лесу, или в компании сверстников.

Наша диверсионно – разведывательная группа занималась… Проще сказать, чем мы только не занимались, за что периодически отгребали свежей березовой каши. Но даже наказания не могли затушить пионерские огни, полыхавшие в детских задницах.Классное было время. Весёлое и беззаботное.

В 1983 году, после окончания четвертого класса, когда я стоял на пороге одиннадцатилетия, друзья предложили немного подзаработать в совхозе на полевых работах. Называлось это «выходить на наряд».

С утра бригадир (Виктор) занимался распределением фронта работ среди взрослых, а затем подходил к нам. Если что-то было, то в сопровождении старшего наша команда отправлялась выполнять посильные задания.Первые два дня прорывали горох, выдергивая кормовой, выделявшийся среди белого ковра пищевого фиолетовыми лепестками, затем заготавливали черенки для лопат и вил.

ВОДИТЕЛЬ КОБЫЛЫ

На пятый день, убедившись, что ваш покорный слуга к делу относится серьёзно, бригадир торжественно объявил о повышении: мне было доверено перевозить мешки с комбикормом от склада до фермы.
- Ты с конём умеешь обращаться? – уточнил Виктор.
- Конечно, - преданно глядя в глаза, соврал я.

О том, что мой опыт ограничивался детской лошадью-каталкой, решил особо не распространяться. Да ладно, все будет хорошо, справлюсь.
С этими мыслями я и дотопал до фермы. Там уже томилась в ожидании задумчивая рыжая кобыла Фрося, которая со вселенским пофигизмом наблюдала за парой мух, совокуплявшихся на оглобле в позе растерянного астронавта.
- Она спокойная, не бойся, - подбодрил зоотехник (Сергей), - только не гони.

Спасибо за напутствие, а я-то думал сразу с места в карьер, чтобы пролететь до склада с гиканьем и свистом. Наверное, об этом очень красноречиво свидетельствовали мои выпученные от страха глаза и трясущиеся руки.
- Понятно, - вздохнул Сергей, - ладно, малой, смотри.

Следующие двадцать минут были посвящены основам: как управлять лошадью, как надеть узду и замечаниям по поводу того, что «если облажаешься, расскажу бригадиру».
- А теперь езжай, - добродушно кивнул зоотехник и закурил.
- Но, - пискнул я.

Вот это да, кобыла оторвалась от медитации и неторопливо двинулась в сторону склада! Чтобы понять обуревавшие меня в тот момент чувства, надо быть пацанёнком, который впервые в жизни управлял настоящей живой лошадью.
Километр до склада и обратно мы осилили примерно за полчаса.

- Да не бойся, - подбодрил Сергей, - ускорь её немного, а то бабы уже плешь проели, где комбикорм.
- Если чуть побыстрее, не устанешь? – обратился я к кобыле.
- Пофигу, - задумчиво фыркнула Фрося, глядя, как те же мухи спариваются уже в позе богомола – затейника.
- Тогда но.

Кобыла флегматично перешла на некоторое подобие медленной рыси.
- Но, - уже весело крикнул я после пятого рейса
- Но так но, - Фрося согласно припустила еще быстрее.
- Молодец, - через четыре часа улыбался зоотехник, - на обед домой пойдешь?
- Ага, - кивнул я.
- Пока доберешься, возвращаться придется, езжай, напоить только не забудь, - и, подмигнув, Сергей ушёл по своим делам.

Вот это да! Проехать через всю деревню! Для все-таки городского пацана это был не просто повод для гордости, это был миг наивысшего блаженства. Мне разрешили! Еще не веря своему счастью, я быстро прикинул маршрут следования. Их было два.

Первый – по так называемой Старой улице, второй – по Новой, появившейся уже в послевоенные годы. Она была хороша тем, что заканчивалась горкой метров шестьдесят высотой. Также вдоль неё располагались сельсовет, школа, место выдачи нарядов на работы, баня и магазин. То есть число зрителей будет максимальным.

Решено, едем по Новой. Маршрут был таким – километра два по улице, доезжаем до горки, далее, приняв левее, спускаемся, проезжаем перекресток деревенских улиц. Затем, через двести метров, выехав на довольно оживленную дорогу Барановичи – Молчадь, поворачиваем направо, и мы дома.

- Но пошла, - зычно крикнув, я шлепнул вожжами.
Тот день запомнился на всю жизнь. Меня просто распирало от гордости, ещё бы! Сам! Один! Казалось, что каждый встречный, думал:
- Вот этот да, молодец, такой маленький, а уже управляет лошадью.
- Кстати, Фрося, не быстро едем?
- Пофигу, - фыркнула кобыла, не прекращая медитации.
- Интересно, - подумалось мне, - её вообще что-нибудь может вывести из этого состояния?

Бойтесь мыслей своих, ибо они материальны! Не помню, кто из древних это ляпнул, да и времени на воспоминания не было, потому что лошадь неожиданно собралась взлетать.
Как? Просто. Метров за тридцать до горки нас с громким треском обогнал мотоцикл. И случилось чудо: Фрося вздрогнув, задрала хвост...
- Хана, - яркой молнией сверкнула мысль.
- Поехали! - громко отстрелив первую ступень, кобыла рванула в галоп.

Оказавшись в облаке едкого газового выхлопа, я на несколько секунд ослабил вожжи, пытаясь вытереть слезившиеся глаза. Этого было достаточно, чтобы Фрося, закусив удила, понеслась навстречу светлому будущему, которое заканчивалось обрывом, если вовремя не повернуть.
- Тпруууууу!
- Их-ха. Пофигу.
И как назло, вокруг ни человека! Обед же, куда все подевались? Свидетелями были только три собаки, смотревшие на меня с явным уважением.
- Тпруууууу!

Мы неслись так, что теплый воздух выдул некстати появившиеся сопли из носа . В другой ситуации мне было бы стыдно, но только не сейчас: до обрыва оставалось чуть больше двадцати метров.
- Тпруууууу!
Поняв, что остановить, кобылу не удастся, я из всех сил потянул на себя левую вожжу:
- Поворачивай!
- Их-ха! Пофигу!
- Отстреливай вторую ступень, разобьемся!
- Есть. И третью заодно!

Как я не задохнулся, не понимаю. Чем кормили Фросю, навсегда осталось тайной, но по силе и мощности выхлопа можно было предположить.…
- Ой, мама!
Знаете, что такое деревенское родео? Это когда газовавшая, как ракета-носитель, лошадь сделала резкий поворот. Телега в соответствии с законами физики стала заваливаться набок, я же изо всех сил держался за борта и ждал, когда ё.., простите, грохнусь уже чистым (спасибо галопу) носом об асфальт. Но пронесло.

Еще как пронесло! Выстрелив с таким звуком, что на секунду заглушил даже громыхавшую телегу, я сумел, не отпуская вожжи, перекреститься ресницами.
Кстати, описанную процедуру можно смело рекомендовать в качестве дополнительного стимулятора больным с ЖКТ. Гарантирую, продует насквозь!
- Повернули, чуть помедленнее, Фрося, чуть помедленнеее!
- Их-ха. Пофигу!

С какой скоростью несся с горы наш экипаж в составе двух отчаянно газовавших субъектов, не берусь судить. И если честно, было не до того.
- Тпруууууу!
Не знаю, что себе навоображала эта скотина, но она понеслась так, что в ушах засвистел ветер. Первого перекрестка мы даже не заметили. Зато удивили ехавшего на велике соседа. Его отвисшую челюсть я помню до сих пор.
- Тпруууууу!
До следующего перекрестка оставалось метров сто. Если эта сволочь не остановится, быть нам сбитыми, как сливки.
Семьдесят метров. Вожжи натянуты до предела, но Фросе, традиционно, пофигу.
- Тпруууууу!
Пятьдесят метров.
- Тпруууууу!

В критические моменты у человека просыпаются такие способности, о которых в обычной жизни он даже не догадывается. Вот и я никогда не думал, что смогу крикнуть:
- Тпруууууу, бл….!!!!!!
Да так, что где-то в деревне испуганно взлетела стая ворон, с окрестных яблонь посыпались груши, а у самого перекрестка остановились сразу два грузовика. Но самое главное: Фрося резко ударила по тормозам. Еще бы метров десять…
Просипев:
- Падла, - я в изнеможении рухнул на спину.
- Пофигу, - невозмутимо фыркнула кобыла и с интересом стала рассматривать мух, которые на оглобле (опять!) слились в позе скачущего давления.

Руки, натертые вожжами, горели, в ушах звенело, в носу щекотало, а в животе, простите, громко бурлили многообещающие процессы.
- Малой, ты в порядке? – водители обеих машин уже были рядом.
Один что-то поправлял в сбруе, другой встревожено смотрел мне в лицо:
- Что случилось?
- Понесла, - с трудом выдохнул я, - мотоцикл напугал.

В общем, к дому я привёл Фросю под уздцы и в сопровождении двух грузовиков.
- Смотри, малой, больше так не летай, - выйдя из кабин, водители осторожно пожали мою опухшую руку и, посигналив на прощание, быстро скрылись за перекрестком.
Спасибо вам, мужики, за помощь.

Навеселившейся и остывшей кобыле нужно было напиться, а мне - срочно уединиться в будке для медитаций. Поэтому следующие полчаса лошадь мелкими глотками утоляла жажду , а я познавал высший дзен и просветление.
О скачках решил никому не рассказывать, зачем будоражить народ. Ведь все хорошо, что хорошо заканчивается, правда?

Как оказалось, Фрося очень боялась машин и резких звуков. Но теперь, обладая бесценным опытом, я был спокоен. Главное – не пропустить подготовку к запуску.
Поэтому стоило только задраться хвосту, как через секунду перед лошадиной мордой красовался кусок хлеба:
- Угощайся, спокойно, спокойно. О, смотри, опять мухи, в новой позе закалённого сверла.

Так что и на второй день мы с Фросей неспешной рысью ехали на обед домой. Правда, уже по Старой улице, от греха подальше. А потом началась компания по заготовке сена, и стало не до совхоза.

За эти шесть дней я заработал десять рублей сорок копеек. Моя первая зарплата, по тем временам – вообще неслыханное богатство для одиннадцатилетнего пацана. Жалею только об одном – не сохранил тот расчётный листок, малой был, глупый.

Автор: Андрей Авдей

18.02.2019, Новые истории - основной выпуск

Экзорцист или как я был придурком (простите за большой текст)

Как-то был в гостях у старого друга. Не виделись мы лет десять: то меня куда-то переводили, то его. Но связь поддерживали постоянно, поэтому, окончательно обустроившись в столице, Сергей тут же набрал:
- Андрюха, приезжай в гости, отметим новоселье, выпьем по рюмке чаю, заодно и с моими познакомишься. Только не слишком поздно, проблемы с соседкой.

Услышав слово «соседкой», я почувствовал жжение в кончиках пальцев и легкие прострелы в пояснице. Ага!
- Давай подробности.
- Понимаешь, сверху живет старушка, - вздохнул Сергей, - то ли немного ку-ку, то ли капитально эгегейнутая.
- Поясни.
- Поясняю. Делать нечего, вот и сидит, наверное, на полу со стетоскопом. Стоит громко вздохнуть: сразу же звонок в дверь и крики. Наш кот при её появлении уже прячется в стиральную машину, а теперь еще и закрываться стал, представляешь?
- В общем, непростая бабуля.
- Не то слово. Хоть съезжай.
- Принято к сведению, буду не позже 15-00, - с этими словами я отключил телефон и задумался.

Предупреждён, значит – вооружен. А другу помочь – святая обязанность. Святая. Хм, а что, если…
В общем, кроме подарков Серегиной детворе, я потратил около часа, чтобы заготовить кое-что из реквизита, а по пути забежал в церковную лавку за свечой.

Встречу, знакомство с женой и детьми, а также рыжим ласковым котярой описывать не буду. Спустя полчаса мы уже сидели за столом, предаваясь воспоминаниям. Эх, молодость, молодость. Хорошее было время. Мамонты были мамонтами, опоссумы опоссумами.
- А соседка? – спросил я.

Вздохнув, Сергей начал свой рассказ. Проблема выглядела следующим образом. Крепкая старушка лет семидесяти с гаком, мужа схоронила задолго до наступления этого самого гака. Говорят, чем больше она причитала, тем шире улыбался покойник. Создавалось впечатление, что усопший ждет не дождется, когда крышка гроба навсегда подарит ему тихое и безмятежное существование вдали от дражайшей супруги. А супруга была ярым борцом за тишину, на любой громкий звук реагируя скандалами, криками, вызовами милиции и барабанной дробью по батареям.

- В доме успела заколебать уже всех, - добавила присевшая Светлана, жена Сергея, - даже её дети появляются только на большие праздники и совсем ненадолго.
- Бультерьерка какая-то, - задумчиво протянул я, глядя на тихо (!!!) игравших мелких (мальчика шести лет и девочку – четырех), - и что, никак не найти консенсус?
- Бесполезно, Николаевич, - вздохнула Света, - и в гости приглашали на чай, и поговорить пытались.
- Не помогает, - закончил Сергей.

- Как говорил Петр Первый, подчинённый должен иметь вид лихой и придурковатый, - я подмигнул детворе и решительно поднялся, - лихости нам не занимать, а вот над придурковатостью придется серьезно поработать. Ну что, поиграем?

Следующие несколько минут семейство с интересом наблюдало за моими приготовлениями. Из пакета были извлечены, свеча и сбитый из двух реек небольшой крест.
- Свет, набери воды, пожалуйста, только теплой, - я протянул девушке пульверизатор.
- Ты что задумал?
- Побуду придурком, авось, и сработает.

Когда все было готово, я подозвал детвору:
- Давайте, но чтобы от души.
И через минуту был поражен в самую пломбу. Вы не поверите, пацан успел только хлопнуть в ладоши, а девочка пробежать метра три, как сверху раздался истеричный стук и вопли.

- А старушка-то реально бдит, - удивился я, и вышел за дверь.

Итак, представьте мой вид. В правой руке пульверизатор с теплой водой, в левой – горящая свеча. Сзади за ремень засунут крест. Поднявшись на этаж выше, я несколько минут наслаждался стуком, доносившимся из квартиры, а затем решительно позвонил.

Дверь открылась через минуту, явив сухонькую благообразную старушку с перекошенным от ярости лицом. Наверное, она хотела сказать что-то обидное, но заткнулась, удивленно выпучив глаза.

Еще бы. Старательно пшикая вокруг себя из пульверизатора, я бормотал:
- Из квартиры снизу пришел, святая вода защити нас всегда, говорят, что демоны тебя, старая, одолели, святая вода защити нас всегда, изгнать их надо, святая вода защити нас всегда.
- Чего? - рыкнула бабка.

Но я только громко шмыгнул носом и быстро затараторил, размахивая свечой, как ненормальный:
- Вожу, вожу, свечами вожу, я на тебя через стены гляжу.
- Сейчас милицию вызову, - заорала бультерьерша.
- Чур, ты не будешь шуметь и топтать, чур, ты не станешь так громко орать.
- Сейчас милицию вызову, - уже тише повторила старушка.
- Как только снова нарушишь покой, сразу почувствуешь сильную хворь.
- Аминь! – и я пшикнул в сторону бабки.
- Ик, - вздрогнула та
- Аминь! - пшик.
- Ик!
- Аминь! – пшик.
- Ап, - пискнула старушка, громко хлопнув дверью.

То, что она наблюдает, догадаться было несложно, поэтому я продолжал бормотать:
- Как змея уползает по лесам и каменьям, так и ты, демон галдящий…
И, выхватив из-за ремня крест, я сунул его прямо в глазок, заорав:
- ИЗЫДИ!

Ответом был грохот и сдавленный писк откуда-то снизу (видно, рухнула от неожиданности):
- Придурок!
- Гав, - тут мне, конечно, пришлось согласиться.

Через несколько секунд дверь задрожала, подпираемая холодильником, но я уже спускался вниз:
- Получилось, теперь можно принимать лихой вид.

Эпилог.

С бабулей все хорошо – жива и здорова. Не стучит, не скандалит. Только квартиру друга обходит стороной, а встретив, начинает шипеть, бормоча сквозь зубы:
- Придурки сами и друзья у вас придурошные.

Вот так, уважаемые, чтобы успокоить идиота, нужно и вести себя, как идиот. Оказывается, они братьев по разуму очень сильно боятся. И затихают.
- Надолго ли? - спросите вы.

Время покажет, но уже третий месяц рыжий кот не прячется в стиральной машине.

Автор: Андрей Авдей

15.02.2019, Новые истории - основной выпуск

И от любви не спрятаться, не скрыться (простите за многобуквие)

Эта история случилась несколько лет назад, когда во время покупки обратного билета от Варшавы до Минска, я был предупрежден миловидной девушкой в кассе:
- Имейте в виду, купе смешанное. Может ехать и женщины.

Ха! Напугали неженатого! Тем более что возвращаться буду 14 февраля, в день Святого Валентина. Может, Купидон и подсуетится в честь праздника, а? Однако человек предполагает, а Бог располагает. Точнее, по Его указанию судьба меня так щелкнула по носу, что… Но обо всем по порядку.

Три дня пребывания в Варшаве пролетели незаметно. По окончании командировки я тепло попрощался с коллегами и, насвистывая, вошел в купе поезда «Берлин – Москва». Теперь можно расслабиться, а если соседкой окажется симпатичная девушка или девушки, то и скоротать время за приятной беседой. Почему нет?

Но, повторюсь, судьба решила щелкнуть меня по носу:
- Добрый день, молодой человек.
Купе мгновенно заблагоухало ароматом очень дорогих духов. Как вы уже догадались, вошла она. Нет, не так. ОНА!!!!!!!!!!!!

Последний раз я испытывал такие эмоции, когда впервые увидел выезжавшую из автопарка «мотолыгу»: гусеничный бронетранспортер, тюнингованный под самые невероятные запросы химической, биологической и радиационной защиты. Правда, мою соседку он бы не остановил в принципе.

Судите сами. Тетка была в опасном ягодковом возрасте, по габаритам – двойной Иван Поддубный, нет, скорее МегаПоддубный, по одежде и аксессуарам – то ли директор фирмы, то ли уборщица в «Газпроме»: сплошные луи витоны и армани с ивлоранами. Мало того, исходивший винный аромат говорил о том, что отъезд был заранее отмечен.
- Мы всего по одной бутылочке винца, с давней партнершей по бизнесу, Агнешкой, - словно прочитав мои мысли, дама старательно покраснела, - надеюсь, вы не будете ругаться.

Да мне вообще однох… (монопенисуально), что винца, что квасца. Но ответил я иначе:
- Нет.
- Отлично, - и грузно бухнувшись на сиденье, попутчица Божьей милостью (или немилостью?) стала внимательно разглядывать соседа по купе.

Честно говоря, вначале показалось, что она смотрела на меня, как на еду. Блин, поспать не удастся, иначе до Минска доедут только обглоданные кости и командировочное удостоверение.
- Будем знакомы? - подмигнув, икнула тётка, - Ирина Олеговна.
- Андрей, - озадаченно ответил я.
- Далеко едете? – дама пододвинулась чуть ближе.
- В Минск.
- Командировка?
- Да.
- А вы симпатичный.
- Б… (последний вопль убитой мухи), ой, простите, что?

Что-что. Спиртное и опасный возраст привели к тому, что дама имела виды уже далеко не гастрономические, недвусмысленно пододвигаясь ближе и ближе:
- Обратите внимание, Андрей, купе четырехместное, а нас едет только двое. Может, это знак?

Если я выживу, то обязательно найду Купидона, нужно перекинуться парой слов. Блин! Здесь даже сопротивление бесполезно: завалит и не пикнешь. Пора тикать, а как?
- Вам плохо?
- Нет, - вжавшись в стенку, вякнул я, - просто устал.
- Понимаю, - Ирина Олеговна, зачем-то поправив впечатляющий бюст, вздохнула.

Хоте нет, правильнее будет так – Ирин Олегович вздохнул, а вагон покачнулся.
- Простите, - шепнул я, - мне можно переодеться?
- Конечно, - МегаПоддубный улыбнулся и отодвинул могучие телеса на полметра в сторону.
- Без вас, - ошалев от собственной храбрости, добавил я.
- Какие мы стеснительные, - фыркнул Олегович и, грузно поднявшись, вышел.

Слава, воистину слава армейской закалке! За первую секунду была закрыта дверь, за вторую - на входе поставлена сумка. Это, чтобы МегаПоддубный, если вломится, обязательно споткнулся, подарив хоть и мизерный, но шанс на спасение.

За третью секунду я переоделся и облегченно выдохнул: пронесло. А уже через мгновение раздался нетерпеливый стук.
- Успел, - перекрестился я, открывая дверь.

На лице МегаПоддубного было написано и разочарование, и удивление. Как? А у меня был выбор? Или быстро, или… об этом лучше и не думать.
Но тетка решила не останавливаться, предприняв очередную попытку:
- Мое верхнее место, а на свободном располагаться неудобно, вдруг попутчик появится.
- Пожалуйста, занимайте, не поверите, но с детства люблю наверху спать. И прикольно, и безопасно, - радостно согласился я и вспорхнул на полку.

Фух, теперь не достанет.
-… ничего такой, пожелай мне удачи, спасибо, подруга.
Рано радовался. И до границы еще долгих четыре часа.
- Андрей, а вы знаете, какой сегодня день?

Все, п…ц (апокалипсис на жаргоне гинеколога), сейчас начнется.
- Пятница, - тут мои извилины покрылись холодным потом.
- День влюбленных, - рассмеялся Ирин Олегович, - совсем вы замотались, бедный.

Где этот е… (мальчик, сделанный девочкой) Купидон! Я ему сейчас вырву крылья и засуну их в колчан. Снайпер х… (собственность мужской гордости), ты куда стрелял?
- Может, отметим это дело? – вагон скрипнул, а МегаПоддубный решительно поднялся, игриво потряхивая бутылкой.

Говорят, перед смертью человек замечает мельчайшие детали: и трещину на стене, и пятно на двери, и темно-зеленое стекло бутылки, и декольтище… Аааа!
- Что с вами?
- Ничего, извините, очень хочется покурить, - отбарабанил я и, обувшись на лету, выпорхнул из купе.

В тамбуре, после второй сигареты, мне удалось немного успокоиться и оценить время, после которого смогу вернуться. Тетке переодеться минут пятнадцать минимум. Откуда знаю? Друг в десанте служил, рассказывал об укладке парашюта. Потом она должна уснуть. Хм, а если прибухнёт в гордом одиночестве? Ладно, через полчаса загляну, в крайнем случае буду громко кричать и звать на помощь.

Против ожидания, в купе было тихо. Ирин Олегович сосредоточенно посапывал, выпуская звонкие всхрапы, от которых в соседнем купе что-то звякало. Краем глаза отметив, что соседка завернулась в одеяло так, что стала напоминать гигантскую куколку, я левитировал на полку. Все, можно расслабиться и немного подремать, тем более что устал, а еще…

- Вам не дует? – донеслось снизу.
Теперь дует, блин! Чувствуя, как в организме крестятся бифидобактерии, я осторожно ответил:
- Нет.
- А мне холодно.

Не поверите, в тот момент я очень искренне молился в душе:
- Господи, понимаю: чего хочет женщина, того хочешь Ты. Но Ты ни слова не сказал об экстремальных утехах, да еще и против воли одной из сторон. Может, обойдёмся без экспериментов, а? Разреши, пожалуйста, доехать до Минска без поврежденной психики. Мне реально страшно и…
- …холодно, - обиженно повторил МегаПоддубный.
- Укройтесь вторым одеялом.

Наверное, Ирин Олегович заметил, что тон собеседника изменился, поэтому обиженно замолчал, изредка вздыхая. Медленно и размеренно вздыхая под ритмичное постукивание колес.

Когда я был маленький, бабуля держала большое хозяйство: корова, овцы, куры и свиньи. Помню крохотных поросят, игравших в салки вокруг огромной мамаши, лениво хрюкавшей в луже.

Стоп, кто хрюкает? Вырвавшись из состояния полудремы, я прислушался и… Это были вздохи, громкие, чувственные и с многообещающей концовкой. Ой-ё, пора тикать, сто пудов сейчас уточнит…
- А почему не спите?
- Потому что вы не даете, блин!
- Да хоть сейчас готова!

Вагон закачался, а это значило, что впереди перспективное худшее - измученный телесным зудом Ирин Олегович стал раскукливаться. А, мля, пора бежать!

Побив мыслимые и немыслимые рекорды обувания и скорости, за несколько мгновений я эвакуировался из купе, спокойно выдохнув уже в тамбуре:
- Лучше здесь покемарю. Холодно, зато безопасно.
- Э, ти што горюешь?

Всё-таки даже в самых тяжелых ситуациях возможны приятные сюрпризы. Вот и этот акцент сразу заставил улыбнуться, потому что его я узнаю из тысяч других.

Небольшое отступление. С армянами нашу семью связывает какая-то незримая нить. Старший брат деда воевал в составе 89-й армянской стрелковой дивизии, отец после жуткого землетрясения 88-го года участвовал в восстановлении Кировакана, двоюродный брат бок о бок с лучшим другом из Лори прошел Афган. Во время армейской службы и сам делил последнюю сигарету с Арменом, призванным откуда-то из-под Еревана. Армяне были частыми гостями в нашем доме. И вот даже в поезде…

- Карен.
- Андрей, - я с удовольствием пожал протянутую руку.
- Идем к нам.

Оказалось, новый знакомый ехал в соседнем купе. Помните, у них еще что-то дребезжало, когда Поддубный всхрапывал? В общем, пока я в страхе пытался избежать любви необъятной соседки, там вовсю бухала самая настоящая дружба народов.

Итак, Карен - армянин, Макс - русский из Москвы, Тадеуш – поляк из Кракова и Эрих – немец откуда-то из-под Гамбурга. Компания сошлась уже в вагоне и успела неслабо разогреться. Меня приняли, как родного, а после третьей рюмки (по правде сказать, пластикового стаканчика) я понял, что власть и народ принципиально отличаются. Политики что-то там выясняют, санкционируют, высылают, пишут ноты, а простые люди дружат и находят взаимопонимание.

Например, Макс и Тадеуш увлеченно делились заливистой руганью, изредка переходя на языки друг друга, а Карен обучал нас с Эрихом армянским фразам. Как видите, никаких межнациональных и других противоречий не было. Мы смеялись, шутили, рассказывали анекдоты.

Не поверите, даже немец, изрядно поддав, решился на тост:
- Друзья…
И тут вагон сильно тряхнуло.
- Что это? – удивился поляк.
- Цо стало? – поддержал знакомого Макс.
- Партизанен? – насторожился Эрих.
Кстати, а у него отличная генетическая память.

- Не волнуйтесь, - прогнав мурашек со спины, лениво протянул я, - это моя лягушонка в коробчонке изволила повернуться на другой бок.
- Подробности давай, - загорелся Карен.
- Да пожалуйста.

После двух минут рассказа поляк, русский, и немец заметно протрезвели, а вот армянский друг, наоборот, решительно бросив:
- Пашол знакомица, - выскочил из купе.
Через секунду мы услышали осторожный стук и радостное:
- Даааааааааааааа?
- Ну, за Карена, - поднял я стаканчик.
- Ну…
- Мнэ тожэ налэй.

Опередив рвавшиеся с языков вопросы, армянин нервно облизнул побелевшие губы и четко ответил:
- Нэт, - а потом хлопнул коньяка.

Подозреваю, Карен застал окончание процесса выкукливания. Наверное, это было страшное зрелище. А если она сейчас в купе заглянет? Переглянувшись, мы поняли, что хоть и велик состав, а отступать некуда, впереди…

- Граница через сорок минут, просыпаемся, - никогда не думал, что проводник сможет парой слов вывести из состояния тревожного ступора.

Кстати, МегаПоддубному пора бы уже и подняться. И, словно отвечая на безмолвный вопрос, вагон несколько раз вздрогнул.
- Мужики, сейчас появится, - прошептал я.

Дверь моего купе страдальчески вздохнула, выпустив на свет Божий гигантскую бабочку: Ирин Олегович продефилировал в сторону ватерклозета, сверкая умопомрачительным шелковым халатом

От увиденного мы синхронно перекрестились вначале справа налево, по православному, а потом – слева направо, по католически. И лишний раз подтвердили, что между нами нет никаких противоречий. Даже религиозных. Тем более перед лицом смертельной опасности.

- Андрэй, - шепнул Карен, - это шанс.
Точно! Спасибо, друг! И пока МегаПоддубный принимал водные процедуры, я успел переодеться, упаковать вещи и выскочить в проход, старательно делая вид, что прогуливаюсь.

- Ой, а почему вы в костюме?
Рядом замер тот самый халат с драконами, черепахами и, кажется, Купидончиком. Нет, я все равно поймаю эту сволочь и пристрелю из его же лука!
- Знаете, друг позвонил, ждет меня в Бресте, поэтому в Минск уеду на машине.
- Жаль, - всхлипнул Ирин Олегович.
- Да святится Имя Твое, - облегченно пропели бифидобактерии.

Как вы уже догадались, после пограничных и таможенных досмотров я церемонно (икая внутри) пожелал МегаПоддубному счастливой дороги и скрылся в соседнем купе. Две бутылки, купленные в Варшаве, скрасили дорогу до Минска, а виды столичного вокзала возродили надежду на то, что самое страшное позади. С мужиками попрощался очень тепло, надеюсь, мы еще встретимся.

Уже выйдя на перрон, я вдруг почувствовал сверлящий затылок взгляд. Да, это Олегович горестно посмотрел в мою сторону и очень тяжело вздохнул, а вагон уже традиционно покачнулся.

Эпилог.

Спустя год почти намечавшаяся свадьба расстроилась после знакомства с родителями избранницы. Почему? Потому что, когда я увидел будущую тещу, то решил, что это Ирин Олегович собственной персоной. А память тут же подсунула картинку - побелевшие губы Карена, говорящие четко и ясно:
- Нэт.

Автор: Андрей Авдей

26.08.2015, Всякая всячина

КУКОЛЬНЫЙ ТЕАТР

Верховным командованием я назначен командиром вашей бригады на время проведения операции по уничтожению карательного батальона противника. В целях конспирации будем использовать только позывные командиров групп, которые озвучу прямо сейчас.

Радисты - командир Дятел, связные – командир Косой, разведка – командир Серый, диверсанты – командир Миша. Мой позывной – Лось.

Вопросы есть? Вопросов нет. А теперь, прежде чем приступить к обсуждению плана операции, хочу высказать ряд замечаний, возникших у меня при знакомстве с деятельностью групп.

Итак, начнём с Дятла. Задача твоей группы – оперативная передача получаемой информации. Заранее предупреждаю – в процессе сеансов передачи не допускается засорение эфира ненужными сообщениями. Никаких «Гитлер, капут» и «Ёж вам, фрицы, в поясницу». Не забывай, что азбука Морзе универсальна и заранее нервировать противника не стоит.

Также категорически запрещаю транслировать анекдоты, подобные выходки просто несерьёзны. Во - первых, немцы всё равно ничего не понимают, хотя слушают очень внимательно, а во вторых, из-за этого вчера чуть не раскрылся наблюдательный пост на железной дороге, так как противник активизировался и пришлось перенести срок начала операции по разбору участка железной дороги.

Миша, а ты передай своим амбалам: в засадах, тем более у железной дороги, сидеть нужно тихо, как мышки, а не ржать, как бегемоты, на весь лес, а если уж услышали анекдот и не поняли, не надо орать – «аффтар, выпей йаду» и «фтопку». Вы где вообще такого набрались? Опять связисты научили?

Итак, связисты, это, как я понимаю, отдельная категория бойцов. Косой, напоминаю, задача твоей группы – собирать информацию о противнике и оперативно доставлять её группе Дятла. И только. Слышишь? Собирать информацию о противнике!!! А не свежие анекдоты и непонятные фразы.

Не воинское подразделение, а инициативная группа Жириновского на каникулах. Кто такие Жириновский и его группа? Без малейшего понятия, наверное, навеяло вашими выходками. Одни анекдотами эфир засоряют, вторые устраивают цирковые номера под носом у противника.

Кстати, Косой, кто вчера под окнами комендатуры орал, как резаный, «Ой, за свастику на майке, матка, ты не бей по яйкам»? Ещё повезло, что очередь мимо прошла, чуть-чуть бы крикун опоздал – и получил бы несколько пуль в филейную часть, как минимум. У нас каждый боец на счету, поэтому любые незапланированные действия проводить исключительно по согласованию со мной лично, ясно?

Серый, а ты что гогочешь? Твоя работа заключается в чём? В слежении и сопровождении разведгрупп и снайперов противника. Как Косому повторю – в слежении и сопровождении. Понимаешь? Это значит, что ты обязан тихо наблюдать и отслеживать перемещение.

А что происходит на самом деле? Сегодня утром обнаружил точку и снайпера – молодец, доложи в штаб и получи медаль на грудь. Так нет, мы сторонники оригинальных решений, правда?

Зачем – то вышел к снайперу, поздоровался, довёл до икоты и ещё заявил «Ну ты это, заходи, если чё». Хорошо, что тот хлипким оказался, от страха потерял сознание и потом ничего не вспомнил.

И кстати, Косой, засунуть в штаны отключившемуся снайперу ужа – не самая лучшая идея.

Так, а теперь переходим к самой операции. Заранее предупреждаю, я лично буду контролировать её проведение с передовых позиций....

- ГАНС, ВЫ ТОЧНО УВЕРЕНЫ, ЧТО В ЭТОМ ЛЕСУ НЕТ ПАРТИЗАН?
- АБСОЛЮТНО, ГОСПОДИН ГАУПТМАН, АБСОЛЮТНО УВЕРЕН. Обратите внимание на раздающийся в лесу стук. Это дятлы. До войны я немного изучал зоологию и могу с уверенностью сказать, что в этом лесу людей нет, иначе дятлы просто не издавали бы ни звука.
- Кстати, Ганс, посмотрите вправо – это…
- Невероятно – настоящий лось!.....
……………………………
Три года спустя.
Медвежья берлога. Папа - медведь на качелях с рюмкой коньяка. Покуривает сигару. В лесу тишина. Перед ним возится с игрушками маленький медвежонок. Кубики, машинки... Вдруг медвежонок подбегает к папе - медведю и начинает дергать его за руку:
- Папа, папа, покажи кукольный театр! Папа, покажи кукольный театр!
- Сынок, давай попозже!
- Ну папа, папа, ну покажи кукольный театр!
- Ладно...
Папа – медведь лениво встает с качелей, достает с полки два черепа. Надевает один череп на правую лапу. Второй на левую.
Правый череп: Ганс, вы точно уверены, что в этом лесу нет партизан?
Левый череп: Абсолютно, господин гауптман, абсолютно уверен.

26.08.2015, Всякая всячина

МАЛЕНЬКИЙ МИР

Солнце катилось к закату, воздух благоухал запахами нагретой земли, скошенного сена и зреющих яблок, Красавец скворец, сидя на ветке, задумчиво клевал вишню, недовольно косясь на тройку хулиганистых воробьёв, плескавшихся в дорожной пыли. Стрекозы, трепеща крыльями, неспешно кружились над огородом, свысока поглядывая на сосредоточенно сопящих муравьев, которые тащили в только им известном направлении вяло сопротивляющуюся гусеницу.

Разморенная жарой природа ждала прихода ночи и освежающей прохлады, казалось, даже ветер лениво и нехотя изредка подгонял напоенный ароматами тягучий воздух. Наступал тихий летний вечер…

- ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА, - громкий девичий крик разметал по углам умиротворённую тишину.

Красавец скворец поперхнулся кусочком вишни и нервно закашлялся. Тройка хулиганистых воробьёв на секунду прервала своё занятие, переглянулась и что-то громко прочирикав, бухнулась в дорожную пыль с новой силой.

- Мама, змея!
Полный ужаса вопль был такой силы, что гусеница забыла о своей лени и со скоростью эсминца сиганула в густую траву, по пути сбрасывая с себя нахальных тружеников муравейника.

- ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА! Она ползёт на меня!
Стрекозы рухнули прямо на муравьёв, ничуть не удивившихся неожиданному повороту событий и с тем же сосредоточенным сопением потащивших трепыхающиеся крылатые тельца в только им известном направлении.

Тройка хулиганистых воробьёв прервала своё занятие и, вылетев из дорожной пыли, уселась на заборе, с заинтересованным чириканьем рассматривая стоящую на табуретке перепуганную девушку.

Красавец скворец в конце концов прокашлялся и недоуменным взглядом проводил здоровую жабу, которая метровыми прыжкам неслась в сторону открытой калитки.

Мелькнувший между ножками табуретки змеиный хвост не заметил никто.
………………………………….
На лесной поляне было шумно: красавец скворец, сидя на нагретом камне, высокомерно поглядывал по сторонам, толстая гусеница, опасливо косясь на муравьёв, устраивалась на валявшейся посреди полянки деревяшке, стрекозы, вяло трепеща обкусанными крыльями, елозили на ветке орешника, на пне задумчиво свернулся кольцом огромный уж, а невдалеке от него, уставившись в одну точку, сидела здоровая жаба. Тройка воробьев - хулиганов со свистом гоняла по стволу берёзы раздражённо сопящих муравьев.

Из кустов медленно вышел старый ворон. Вылетевшая вслед за ним сорока громко прокричала:
- Встать, суд идёт!
Наступила тишина. Ворон, громко прокашлявшись, повернулся в сторону выжидающе смотревших на него посетителей поляны:
- Можете садиться. Судебное заседание объявляю открытым. Секретарю объявить повестку.

- Слушаетсяделоонарушениизаконалесногохозяйстваот пятнадцатогосентябряоченодавнегогодавчастинесоблюденияправил совместногонахождениярядомслюдьми…, - затараторила было сорока.

- Валентина, - ворон недовольно поморщился, - лучше ведите протокол, помощник секретаря, вам слово.

Красавец скворец вспорхнул с нагретого камня и приземлился в центре поляны. Тщательно прокашлявшись, он нацепил на клюв пенсне и принял из крыльев ворона кусочек коры.

- Эй, ара, сдуйся, а то сердце посадишь, - тройка хулиганистых воробьев ехидно зачирикала.

- Требую проявлять уважение к суду, - ворон раздражённо каркнул, - иначе на заседание будет вызван конвой, всем ясно? Начинайте, господин помощник.

- Слушается дело о нарушении закона лесного хозяйства от пятнадцатого сентября очень давнего года в части несоблюдения правил совместного нахождения рядом с людьми, - начал скворец, - обвиняемым по делу выступает уж Тимофеич, потерпевшей помимо человека – жаба Авдотья. Заседание суда открытое, свободное посещение не имеющими к делу отношения жителями малого мира не возбраняется.

- Забродившая черника, покупайте забродившую чернику, выдержанную целый день на палящем солнце под нежными листочками мяты по старинным рецептам, - из кустов, пошатываясь и икая, выползла всклокоченная белка с лукошком.

- Лохматая, а ты чё не замужем? Пара черник и любой мужик с тобой навеки, только каждый день ягоды ему давай, иначе по трезвяни как глянет на твою пачку, так или обделается и сбежит, или сбежит, по пути обделываясь, - громкое чириканье превратилось в хохот.

- Прекратить! - хриплое карканье перекрыло нарастающий гул оживления на полянке, - конвой, в ружьё, обеспечьте порядок, помощник, вызовите ОМОН, пусть удалит нарушителя.
На поляну ровным строем вышли два десятка дятлов.

- Э, пацаны, а вот и охрана, эти никого не пропустят, задолбают любого покруче пьяной тёщи, пытающей зятя, любит он её или нет! – тройка воробьёв, ехидно чирикая, крутила на крылышках по три пера с выступающим средним в сторону безмолвно застывших дятлов.

- Воробьям последнее предупреждение, охрана, взять их под особое наблюдение, - карканье заглушило и воробьиный гогот, и чеканный шаг окруживших их дятлов, - где ОМОН, в конце концов?

Из ниоткуда вынырнул филин и, подхватив икающую белку, скрылся в лесной чаще.
- Белка Снежанна за нарушение общественного порядка приговаривается к двум дням исправительных работ по очистке от плесени и трутовиков бобровой плотины на шестом ручье, секретарь, отправьте посыльного ОМОНУ, а теперь продолжайте, помощник, - ворон устало обмахнулся крылом.
Вслед за филином безмолвно взмыл стриж, а красавец скворец, поправив пенсне, продолжил:

- Вызываются уж Тимофеич и жаба Авдотья.
- Тимофеич, ну как так, мы же давно договорились, - ворон возмущенно дёрнул хвостом, - зачем нападать на Авдотью, да ещё и в запрещённом месте, ты совсем из ума выжил?

- Чешуйчатый трубопровод, как кое что, всегда встаёт, увидит жабу - прям как штык, а жабе, ясен пень, кирдык, - из-за застывшего дятла высунулось три нахальных воробьиных клюва.
- Моё терпение лопнуло, помощник, вызывайте ОМОН, три группы, на суде злостные нарушители.
- Всё-всё-всё, дяденька, мы будем молчать, честно – пречестно, - от неожиданно детских голосков трёх хулиганов улыбнулись даже невозмутимые дятлы, - только не надо ОМОН, потому что когда мы слышим ОМОН, то сразу писаем, потом видим ОМОН и не только писаем, а кому нужна обнекрасивленная полянка?

- Взять под стражу! После заседания этапировать к лисе в нору временной изоляции на сутки, а затем на неделю к сойке чистить выгребные дупла для транзитных птиц. Ещё одно слово – вы у меня год сухие листья на берёзе отклёвывать будете. Последний раз предупреждаю – без моей команды клювами не щёлкать! – ворон раздраженно встал перед мелкими гопниками, - вы поняли?

Звенящая тишина была ответом, даже муравьи на березе перестали переминаться с лапки на лапку.
- Вот так то лучше, итак, продолжим. Тимофеич, ты помнишь закон – не показываться людям, и Авдотья тебе чем не угодила, зачем понадобилось её пытаться съесть? Мало тебе мышей?

- Ну дык это, ёлы- палы, - уж смущённо вытянулся, - не есть её я хотел. Ить она как прыгнет, аки пава болотная, гляну на её лапки задние мясистые да морду тупую, прям молодость шаловливая вспоминается.
- Ишь, о чем размечтался, охальник старый, - жаба неожиданно вышла из оцепенения, - я те дам «не есть хотел»… Что? Морду тупую, да я тя ща, да и.. на…… в…..
- Авдотья, - предостерегающе каркнул ворон.
- Батюшка, помилуй, ведь этот развратник старый как взял меня в рот да языком своим похабным по спине прошёлся, мурашки сразу по спине побежали и сейчас ещё бегают, - жаба возмущённо подпрыгнула на месте.
- Попросим без намёков, - засопели муравьи, - нам по жабьим спинам без нужды носиться смысла нет, прилипаем.
- Воробьи, что-то хотите добавить? – ворон удивлённо повернулся к постоянным возмутителям спокойствия.
- Да, господин судья, у нас вопрос – почему за эротические воспоминания юности ужа и жабы отхожие дупла должны воробьи чистить?

- Ещё один такой вопрос и срок продлю на неделю.
- Это произвол и попытка заглушить свободу чириканья, мы будем обращаться в опушкинский суд по правам тварей мелкотравчатых, - возмущённо загалдели воробьи. – А ты, шланг с виагрой, - воробьи дружно повернулись к удивлённому ужу, - не отмоешься от наших возмущений, целыми днями в болоте отмокать будешь!
- Месяц норы и два месяца исправительных работ на выгребных дуплах, - ворон в ярости развёл крылья в стороны, - охрана, уведите.
Дятлы, козырнув, потолкали клювами тройку галдящих хулиганов в сторону лисицы, жеманно вышедшей из зарослей ежевики.
- А теперь внимание, - ворон вздернул голову, - слово предоставляется представителю мира больших. Напоминаю, что его вердикт окончательный и обжалованию не подлежит. Прошу вас, ваше благородие.

Под тихое гудение на полянку вышел олень.
- Сегодня в завтрашний день не все могут смотреть, - начал он, гордо тряхнув рогами. - Вернее смотреть могут не только лишь все, мало кто может это делать. Для решения здесь надо два заместителя, четыре из которых месяц не работают, и которых назначить невозможно. Не знаю, почему. Если воробей раскрыл клюв, то есть, четкое, он сказал во всех то, что он сказал во всех. И те воробьи, которые… Есть очень много по этому поводу точек зрения. Я четко придерживаюсь и четко понимаю, что те проявления, если вы уже так ребром ставите вопрос, что якобы мы категорично.

- Я понял только слово воробей, - тихо прошептал скворец.
- Как вы все услышали, - ворон старательно сдерживал клюв от вырывавшегося хохота, - представитель мира больших ещё раз предупредил о неукоснительном соблюдении закона и запрете любых активных действий на территории людей. Основываясь на решении больших и властью, данной мне, объявляю Тимофеичу предупреждение и запрещаю ближе семи метров приближаться к участку, на котором живёт пострадавшая девушка. Решение суда окончательно и обжалованию не подлежит, заседание окончено, все свободны.
Через несколько минут поляна опустела.

- Ну и дела, - ворон в изнеможении опустился на пень, - мелкие наглеют, большие тупеют, куда мы только катимся. Пойти, что ли, проведать этих малорослых хулиганов, да подкинуть им пару личинок, чтобы не так обижались на меня?
И в наступившей темноте раздался шелест крыльев….
………………………………………………………….
Солнце катилось к закату, воздух благоухал запахами нагретой земли, скошенного сена и зреющих яблок, Красавец скворец, сидя на ветке, задумчиво клевал вишню, недовольно косясь на тройку хулиганистых воробьёв, сидевших на заборе и громко чирикающих. В семи метрах от забора старый уж грустным взглядом провожал здоровую жабу, прыгающую по огороду.

Молодая красивая девушка, сидя на лавке у дома, колыхала на руках глазастого малыша. На минуту ей послышалось, что непрерывное чириканье сложилось в слова «трубопровод, штык, кирдык».

- Показалось, наверное, это от жары, - улыбнулась девушка и унесла малыша в дом.

Стрекозы, трепеща крыльями, неспешно кружились над огородом, свысока поглядывая на сосредоточенно сопящих муравьев, которые тащили в только им известном направлении вяло сопротивляющуюся гусеницу.

26.08.2015, Всякая всячина

РАСТУДЫТЬ ТВОЮ В ЕДРИТЬ

(полный психоделический глюк, лицам со слабой психикой, повышенной эмоциональной восприимчивостью, беременным женщинам и кормящим матерям, а также депутатам государственной думы и мэру славного города Киева читать строго воспрещено)

Солнце клонилось к закату. В лесном бору полным ходом кипела жизнь: мышь, ежесекундно оглядываясь, тащила в норку пучок уворованных с поля колосьев. Лихой поползень, попискивая, елозил вверх - вниз по наклонённому стволу сосны, два дятла сосредоточенно долбили с двух сторон трухлявую ель. Взлохмаченная белка неторопливо утрамбовывала орешки в дупле, а тройка хулиганистых воробьев играла со стрижом в салки.
В общем, каждый был занят своим делом: от крохотного жучка, опс, мгновенно склёванного одним из воробьёв, до лося, лениво жевавшего траву на опушке и снисходительно смотревшего, как трое медвежат безуспешно штурмуют огромный валун, на котором, выкатив пузо вверх, развалился их папаша. Ничто не предвещало беды, как вдруг…

- Растудыть твою в едрить!
Мышка замерла, крепко сжимая в лапках драгоценные колосья. Лихой поползень неудачно затормозил и клювом воткнулся в сучок. Взлохмаченная белка, хмыкнув, воровато оглянулась и пнула под хвост только присевшего отдышаться на веточке стрижа. Два дятла ещё сосредоточеннее стали долбить с двух сторон трухлявую ель.
Тройка хулиганистых воробьёв на бреющем полете пронеслась над головой ошалевшего ужа, непонятно откуда появившегося в нашем рассказе. Лось прекратил жевать и с недоумением посмотрел на медведя, тот ответил тем же взглядом. Медвежатам было по фигу – они штурмовали валун.

- Растудыть твою в едрить!
Мимо на бешеной скорости пробежала лиса, пушистым хвостом сбив перепуганную и уже попрощавшуюся с жизнью мышку. Ошалевшая серая страдалица, пискнув «твою ж мать», ещё крепче прижала к себе колоски и вприпрыжку стартанула в сторону норки. Лихой поползень наконец-то выдернул клювик из сучка и, не удержавшись, рухнул вниз прямо на бурю эмоций от встречи с лисой, оставленную несчастной мышкой. В сторону норки полетел забористый птичий мат.

Взлохмаченная белка, свесившись вниз, высматривала место падения стрижа, а тот, недобро прищурившись, сидел на соседнем дереве и, судя по ехидно открытому клюву, готовился взять реванш. Два дятла со скоростью вибратора на новых батарейках хвостали своими клювами несчастную ель, сквозь скрипы которой слышалась фраза «да когда же я сдохну». Несчастный, обделанный хулиганистыми воробьями по всей длине, уж, стыдливо оглядываясь, непонятно куда исчез из нашего рассказа.

Сами воробьи на удивление синхронно покинули зону видимости, возможно, задумав новую пакость. Тем более, что вместо обоср.., простите, грязного ужа, появился задумчивый ежик. Откуда он взялся, сказать не берусь, но согласитесь, что нежданный ежик в лесу гораздо приятнее, чем бородатая тётка (или мужик, или тетко-мужик, или мужико-тётка, в общем, вы меня запутали) на Евровидении. Колючий персонаж направлялся в сторону норки, где лихой поползень наконец-то сумел очиститься от жутких мышиных воспоминаний. Лось неловко переступил ногами и мотнул рогами в сторону медведя, тот ответил смущённым пуком. Медвежатам было по фигу – они штурмовали валун.

- Растудыть твою в едрить!
Белка опасно накренилась и стриж с криком «банзай» реактивным снарядом слетел с ветки, рассчитанная им траектория была безупречна и беличьи кисточки на ушах уже практически однозначно были бы пострижены, однако случилось незапланированное но. Это тройное, нахальное, хулиганистое но неожиданно выпорхнуло из- под дупла и самую малость изменило маршрут полёта.
Белка впервые в жизни ощутила, как больно, когда ставят клизму, а стриж – как обидно, когда нельзя отматериться, воробьи же с невинным видом стали сторонними зрителями.

В итоге, местный, так сказать, вариант энгри бёрдс с громким визгом рухнул прямо под хвост очистившемуся поползню. Получив неожиданное ускорение, уже порядком заколебавшийся от всего пережитого поползень влетел в мышиную норку. Как оказалось, гостей там не ждали и начавшаяся возня, сопровождавшаяся выбросами пыли и выкриками «с какого х..», «да ты оп…», «милый, я всё объясню» очень заинтересовала тройку хулиганистых воробьёв, которые расселись на ветке и в ожидании захихикали.

В это время белка, не зная как избавиться от добровольного проктолога, решила тихо переждать всё более динамично развивающийся поток событий. В принципе, стриж был с ней согласен. Тем более, что лосиное копыто в паре сантиметров от правого крыла уже не виделось самой большой проблемой. С где-то даже неприличным звуком из норки вылетел взъерошенный поползень и, прохрипев «ах ты ж, с…вета», …вновь бросился в норку. Два дятла с удивлением смотрели друг на друга сквозь несчастную ель, самой ели, казалось, всё стало глубоко до сиреневой звезды.

Лось, недоуменно склонив голову и посмотрев на экшн, развернувшийся у его правого копыта, тихонько промычал что-то неразборчивое и нерешительно шагнул в сторону медведя. Тот, пробормотав эксьюзь ми, пардон, данке шен, не касаясь земли, вскочил в заросли ежевики, откуда через минуту донеслись громкие звуки размышлений о будущем леса. Медвежатам было по фигу – они штурмовали валун.

- Растудыть твою в едрить!
Мексиканский сериал, разворачивающийся в норке, в конце концов, стал достоянием широкой публики. Публика сидела на соседнем дереве и громко чирикая, обсуждала происходящее. Первым выскочил взлохмаченный поползень. Оглянувшись вокруг и не найдя никого более подходящего для вымещения своей ярости, исстрадавшийся бедняга больно пнул в мордочку распластавшуюся белку. Та ойкнула и вздрогнула, стриж глухо вскрикнул, белка ещё громче ойкнула, стриж еще громче глухо вскрикнул, белка взвыла не своим голосом, стриж попытался взлететь. Белка заорала, воробьи от хохота посыпались вниз, стриж, затрепетал крыльями, как вентилятор, стараясь освободиться.

Так сказать, обратный ход местного энгри бердс дополнил наконец-то добравшийся до норки ежик. С абсолютно невозмутимым видом колючий клубок обошел динамично изменяющуюся скульптуру «стриж, торчащий в белке», неодобрительно покосился в сторону умирающих от хохота воробьев и заглянул в норку. А вот это было большой стратегической ошибкой. Бедная мышка, за последние полчаса пережившая встречу с лисой, визит ненормальной птицы и вопли ревности своего сожителя, о котором вы, возможно, узнаете позже, как Божий подарок восприняла чей-то любопытный носик, торчащий в прихожей.

В это время дятлы, насмотревшись друг на друга, приняли решение… о котором мы никогда не узнаем, потому что рассвирепевшая мышь, вероятно, вспомнив уроки рукопашного боя стиля «пьяный танк в балетной пачке», схватила за носик в незваного гостя, вытолкала того из своего домика, за последний час превратившегося в Казанский вокзал Москвы и, раскрутив, метнула вверх. Ежик, конечно, иногда мечтал, глядя на звёздное небо, стать космонавтом, но в данном случае подобный поворот событий его немного смутил, тем более во время полёта ему пришлось столкнуться с двумя дятлами, которые, забыв о принятом решении, как кегли посыпались вниз.

Громкий хохот воробьёв заглушил звуки мыслей о будущем леса, всё ещё раздававшиеся из кустов ежевики.
Отмывшийся уж всё же решил посмотреть, чем закончится побоище у мышиной норки и тихо затаился под раздолбанной елью, как вдруг по обеим сторонам от него клювами в землю воткнулись дятлы. От неожиданности, в общем-то, добродушное змееподобное создание совершило прыжок, достойный Сергея Бубки, и мгновенно обвило левую ногу уже немного начинавшего нервничать лося. Увидев, что к нему прицепилось, лось забыл о своей невозмутимости и с криком «мама», ломанулся в кусты ежевики, откуда после некоторого невнятного перепихивания уже дуэтом стали доноситься звуки мыслей о будущем леса.
Медвежатам было по фигу – они штурмовали валун.

- Растудыть твою в едрить!
Повторно и уже капитально обос…, простите, опять уделанный уж, прошипев «да пусть лучше мною помидоры подвязывают», вылетел из кустов и со скоростью экспресса Москва – Санкт Петербург уполз в одному ему известном направлении. Измученный стриж с громким чпоканьем, наконец-то, вырвался из белки и, не глядя по сторонам, тихо матерясь, пошёл в сторону до сих пор торчащих в земле дятлов. В принципе, абсолютно логичное решение, в конце концов, клювик необходимо было срочно почистить.

Белка, кряхтя, попыталась встать, не получилось, ещё раз попыталась, не получилось, наконец, собрав волю в кулак, она вскочила и с боевым кличем протянула свои лапы к мышке, которая, по честному, была вообще не при делах. Серая бедняга, в очередной раз попрощавшись с жизнью, с абсолютно безмятежным выражением на мордочке смотрела на приближающийся к ней беличий оскал. НО… Его не ждали, а он вернулся. Совершив полный цикл орбитального полёта, на космодром шмякнулся ежик. Как говорится, справедливость восторжествовала, а белке после пережитого была однозначно необходима иглотерапия.

Мышка с истинно буддистским спокойствием обошла место приземления лесного космического корабля и, не обращая внимания на беличьи вопли, двинулась в сторону ежевики. Через минуту оттуда раздалось тоненькое «а ну, дали место, бугаи», а в басовитый дуэт звуков мыслей о будущем леса вплелось нежное сопрано.
Тройка хулиганистых воробьёв уже захлёбывалась от истерического чирикания.

Лесная опушка напоминала поле боя: под елью, между до сих пор торчащих клювами в земле дятлов, обнявшись, сидели стриж и поползень. Судя по звукам, они пели что-то с использованием лексикона, запрещённого Государственной Думой России. Ежик, кряхтя, пытался отцепить от себя так некстати прилипшую белку, которая, судя по затуманенному взгляду, всё же познала нирвану от иглорефлексотерапии.

Где - то в деревушке, старый уж со стоическим спокойствием наблюдал, как подслеповатая старушка подвязывает им куст помидоров.
Из зарослей ежевики раздавалось мелодичное трио звуков мыслей о будущем. И только медвежатам было по фигу – они штурмовали валун.
ЛЮДИ, ПОЖАЛЕЙТЕ БРАТЬЕВ НАШИХ МЕНЬШИХ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ МАТЕРИТЕСЬ В ЛЕСУ!

26.08.2015, Всякая всячина

МАРШ БРОСОК
(все совпадения фамилий и событий не случайны)

- Смирно!
Ровные ряды застыли как изваяния, тишину нарушали лишь полощущиеся на ветру знамёна. Яркое солнце отражали начищенные бляхи на груди замерших солдат.

На вершину холма вышли двое. Первый – невысокий пожилой генерал, морщась, опирался на трость, второй - смуглый подтянутый мужчина в строгом чёрном костюме. По тому, как генерал уважительно пропустил гостя вперёд, все отлично поняли, что перед ними стоит очень важная птица.

Смуглый кивнул генералу и тот, прокашлявшись, обратился к строю:
- Солдаты Рейха! Я, генерал Эйке, счастлив приветствовать доблестных воинов СС. Сегодня вас ждёт, возможно, самое тяжёлое испытание: марш – бросок в условиях абсолютно незнакомой местности, насыщенной ловушками, засадами противника и минными полями. В конце маршрута река. Победителем считается тот, кто, пройдя препятствия, переплывёт ее и выйдет на другой берег. К сожалению, в соответствии с правилами нельзя озвучить приз, но поверьте мне, что даже я, имеющий звания и награды, о которых можно только мечтать: генерал лейтенант СС, обергруппенфюрер СС, кавалер Рыцарского Креста с дубовыми листьями Железного Креста завидую тому, кто победит.

На лицах солдат и офицеров засияли улыбки.
- Победить будет очень тяжело, - продолжил генерал, -вместе с господином, ээээээ, - он повернулся к смуглому.
- Просто инспектором, - мягко улыбнулся гость.

- Мы вместе с господином инспектором будем наблюдать за ходом учений отсюда, общая протяжённость маршрута всего лишь три километра. Но не думайте, что впереди лёгкая прогулка. Чтобы вы прочувствовали уровень сложности, я вкратце познакомлю вас с основными правилами.

Итак, всем выдано другое оружие, причём никто не знает и не имеет права знать, исправно оно или нет, какими снаряжено боеприпасами: боевыми, холостыми либо бракованными с осечкой. Обстановка полностью будет соответствовать фронтовой: противник вооружён и очень опасен, к встрече с ним вы должны быть готовы каждую секунду. Зазевавшиеся, само собой разумеется, в лучшем случае будут ранены, в худшем – убиты. Повторяю – учения абсолютно реальные, поэтому потери неизбежны. Погибший не имеет права носить гордое звание военнослужащего войск СС, но я верю, что вы, мои орлы, с честью пройдёте через все испытания, и на другом берегу реки я с гордостью буду жать руки элиты войск Великой Германии, хайль Гитлер!

- Зиг хайль, - громыхнул в ответ слаженный рев сотен мужских глоток.
- А сейчас, - генерал достал ракетницу и поднял вверх, - красная ракета означает сигнал к началу учений. С Богом, мои рыцари!
Раздался хлопок, и дружный топот сапог растоптал тишину.

- К чему эта патетика, генерал, - недовольно поморщился Инспектор, - неужели нельзя обойтись без лишнего пафоса?
- Виноват, - вытянулся Эйке, - дань традициям.
- Эту верность традициям я и учёл, планируя учения, - хмуро заметил гость.
- Вы знаете, что впереди? – удивлению генерала не было предела.
- Естественно, мой друг, естественно, - улыбнулся смуглый гость, - а сейчас советую внимательно следить за развитием событий, начинается …

…. Штурмбаннфюрер СС Иоахим Пейпер оглянулся на бегу – его подопечные не отставали, ровный строй, ощерившийся во все стороны стволами автоматов, радовал глаз.
«Молодцы, - улыбнулся офицер, - я горжусь вами, ребята».
- Господин штурмбаннфюрер, - подбежал запыхавшийся солдат - посыльный, - разведка доложила, что впереди засада - три пулемётных гнезда, двести пятьдесят метров правее есть овраг, он чист, можем пройти там, единственный минус – сильно пахнет бензином – на краю оврага стоит разбитая цистерна, вероятно, топливо из неё и вытекло.
- Отлично, поворачиваем, - Пейпер устремился за солдатом, краем глаза отметив, что строй повернул вслед за своим командиром практически мгновенно.

Через минуту батальон скрылся в овраге.
- Держаться вместе, - шёпотом отдал команду офицер, - стараясь не замечать едкого запаха, - глядеть в оба.
Солдаты, готовые в любой момент открыть огонь, крадучись шли по оврагу, с легким недоумением рассматривая мертвых кошек и собак, тельца которых были повсюду. Вдруг впереди зашевелились кусты, и навстречу со стоном выползла старуха в окровавленной обгоревшей одежде. Было видно, что каждое движение ей давалось с огромным трудом: перебитые ноги волочились за исколотым штыками телом, оставляющим после себя кровавую полосу.
Увидев немецких солдат, старуха неожиданно улыбнулась и подняла вверх правую руку, в которой была… зажигалка. Рев взметнувшегося пламени заглушил крики боли и ужаса. Батальон вместе со своим командиром, кавалером Рыцарского Креста с Дубовыми листьями штурмбаннфюрером СС Иоахимом Пейпером исчез.

… Генерал вздрогнул и повернулся.
- 18 февраля 1943 года, село Ефремовка, - отвечая на безмолвный вопрос, сказал смуглый, не обращая внимания на начавшие раздаваться звуки перестрелок и резких команд,- не отвлекайтесь, господин обергруппенфюрер. Кстати, не могу не отметить безупречную выучку ваших подчинённых, посмотрите направо.

Под прикрытием двух пулемётных расчётов немецкие солдаты сносили раненых товарищей в стоящее полуразрушенное здание церкви. Со стороны казалось, что все действия словно спланированы заранее и происходят автоматически, как по конвейеру.

- Просто блестяще, невероятно, так организовать эвакуацию может только действительно талантливый военачальник, кто он?
- Если я не ошибаюсь, это рота гауптштурмфюрера Вильгельма Монке, - прохрипел генерал.
- Посмотрим, посмотрим, действительно ли он так талантлив во всём, - усмехнулся Инспектор, глядя на то, как пулемётчики нырнули в церковь вслед за Монке, а через минуту над развалинами поднялся флаг с Красным крестом, - умно, ничего не скажешь, но учения продолжаются.

- Англичане? – вскрикнул генерал, глядя как словно из ниоткуда вынырнули около сотни солдат, окруживших импровизированный госпиталь со всех сторон.
- От вас невозможно ничего скрыть, мой проницательный собеседник, - Инспектор уважительно взглянул на обескураженного Эйке, - это сводная рота 2-го Уорквикширского и Чеширского полков. Ворма, 1940 год, помните, генерал?
Однако ответ заглушили разрывы, стоны и проклятия, доносившиеся из церкви: британцы, израсходовав все гранаты, не обращая внимания ни на что, хладнокровно облили стены бензином и подожгли. В пылающем аду исчезли раненые и остатки роты во главе с гауптштурмфюрером СС Вильгельмом Монке.

- Неужели они не видели знак Красного креста, там же были раненые, где элементарная человеческая жалость? - Эйке, не сдержавшись, сжал кулаки и в ярости повернулся к презрительно улыбнувшемуся Инспектору.
- «Любая жалость недостойна эсэсовцев. Слабакам не место в её рядах, и они поступят правильно, если подадутся в монастырь. Мне нужны только твёрдые, решительные люди, готовые безоговорочно выполнить любой приказ, недаром же у них на фуражках изображены черепа», - надеюсь, я правильно процитировал ваши слова, господин генерал, - смуглый гость уже не улыбался и смотрел в упор.
- И прекратите изображать мнительную институтку, обергруппенфюрер, ведите себя согласно тем традициям, которые вами же и были установлены. Но я заметил, что вы потеряли всякий интерес к происходящему, поэтому, если позволите, я буду вкратце комментировать то, что сейчас происходит на маршруте. Ну же, генерал, согласитесь, картина выглядит просто ошеломительно, это ли не прекрасно, только посмотрите, - Инспектор приглашающе протянул руку в сторону реки.

Эйке нехотя поднял голову: ему казалось, что он видит фильм, а сверху, словно голос диктора, доносился голос стоявшего рядом собеседника.
Партизан, судя по одежде и трофейному автомату, ткнул несколько раз штыком в раненого ефрейтора и стал привязывать того за ноги к конскому хвосту.
- 29 июня 1943 года, село Чернь. А чуть в стороне сдающихся в плен солдат 14-й роты СС и их доблестного командира Фрица Кнохляйна с удивительным энтузиазмом закалывают штыками французские солдаты, это Ле Парадиз 1940 год, я не ошибся?
Две женщины, отрубив руки молодому обер-лейтенанту, с весёлым смехом наблюдали, как тот в жуткой агонии истекает кровью.
- А это 1942 год, деревня…
- Хватит, прошу вас, - Эйке закрыл лицо руками.

- Вы рано сдаётесь, мой храбрый друг, впереди столько интересного: в ста метрах от реки два польских подростка поджигают связанного фельфебеля, это практически идентично тому, что произошло в Варшаве, в октябре 1939 года. Кстати, слышите визг, это не свиньи, а танкисты, ваши любимые танкисты из дивизии СС, неужели они не могут молча быть раздавленными, как три раненых советских офицера в июле 1941 года под Барановичами? Посмотрите, я прошу вас, это забавно!

- Я сказал – СМОТРЕТЬ!
От грома голоса на время стихли даже вопли истязаемых эсесовцев. Инспектор силой поднял голову генерала и, удерживая её, продолжил:
- Я вижу, наконец-то ты понял, кто я и где находишься ты, но об этом позже. А сейчас смотри, Эйке, смотри, во что превратились твои герои, очутившись в ситуации почти беспомощных и почти безоружных, где их хвалёная якобы выучка, якобы доблесть и якобы смелость. Это трусливое быдло, рвущееся к реке, как стадо перепуганных овец.

И действительно, бросив оружие, боеприпасы, знамёна, уцелевшие солдаты и офицеры в панике бежали к реке, как к единственному спасению от окружающего кошмара. На крики раненых никто не обращал внимания, их просто перепрыгивали, либо вообще топтали, некогда безупречно организованные части превратились в перепуганную толпу.

- Пока мы побеседуем, я великодушно дарю им надежду. Итак, сегодня я разрешу задать мне любые вопросы. Они есть?
- Если позволите, - генерал напоминал провинившегося школьника перед разгневанным учителем, - только один вопрос. Что это и почему, ведь, если я правильно понимаю, мы действовали так, как действуете вы.
- Ни в коем случае, - желтые глаза Инспектора расширились и засияли нестерпимо ярким светом, - я не выношу приговоры, а исполняю их, я не караю, а даю муки каждому по делам его, а вы возомнили себя Богами и взяли на себя функции судей, карали людей только за то, что они люди, вы поставили себя даже выше Бога, - раскаты голоса стали походить на звуки артобстрела.
- И наш приговор, - прошептал генерал.

- Их приговор, - дьявол небрежно махнул в сторону реки, - каждый день, из месяца в месяц, из года в год, из века в век переживать то, что пережили их жертвы. Но не это самое страшное, самое страшное наступит очень скоро, смотри.

Эйке поднял голову и увидел, что его солдаты доплыли практически до середины реки, казалось, вот она, победа – в нескольких метрах от берега, но из воды в одно мгновение появились тысячи рук: мужских, женских, детских, в обрывках одежды, обмундирования и просто обнажённых, в кровавых ранах, обгоревших или распухших от воды. Руки тянули вниз орущих от ужаса эсесовцев, вода словно вскипела от поднятых сопротивлявшимися солдатами брызг. Одна за одной головы исчезали в мутной пучине. Надежды на спасение не было, и генерал понимал это со всей очевидностью, как вдруг на тот берег выбежали трое запыхавшихся, судя по остаткам комбинезонов, танкистов. Не обращая внимания на руки, они бросились в реку и вырвали практически утонувшего эсесовца с нашивками унтершарфюрера.

- Держись, браток, - услышал генерал, - держись, мы тебя вытащим.
- Предваряя твой вопрос, - усмехнулся дьявол. – Это унтершарфюрер СС Михаэль Виттман, командир StuG III в 1941 году.
- Он победитель?
- Да, только победил он ещё 12 июля 1941 года, когда спас из им же подбитого танка горевший экипаж. Какая жестокая ирония судьбы: подчинённый генерала СС Эйке спас советских танкистов для того, чтобы другие подчинённые генерала СС Эйке замучили их в концлагере. Но, как бы то ни было, трое русских потребовали для себя возможности отплатить за спасение. Надеюсь, ты помнишь, как сам Витте потребовал у генерала Зеппа Дитриха вместо ордена за подвиг оказать помощь раненых танкистам.

- Вы говорили о самом страшном, - тихо спросил обергруппенфюрер.
- Самое страшное для остальных, - дьявол показал на реку, в которой уже никого не было, - что победитель только один. Открою тайну, завтра это будет механик-водитель Колденхофф, затем - наводчик Клинк, они оба из экипажа StuG III Виттмана. Каждый день будет новый победитель, и все остальные будут об этом знать, помнить и надеяться, что следующим станет кто-то из них, но победителей определили такие, как те русские, это и есть самая страшная мука, бесплодная надежда на спасение.

- А моя? – несмело прошептал Эйке.
- О, она достойна твоих регалий, званий и наград – помнить каждый день, помнить в мельчайших подробностях и просто стоять и смотреть, а теперь, - дьявол махнул рукой….

- Смирно!
Ровные ряды застыли как изваяния, тишину нарушали лишь полощущиеся на ветру знамёна. Яркое солнце отражали начищенные бляхи на груди замерших солдат.

На вершину холма вышли двое. Первый – невысокий пожилой генерал, морщась, опирался на трость, второй - смуглый подтянутый мужчина в строгом чёрном костюме. По тому, как генерал уважительно пропустил гостя вперёд, все отлично поняли, что перед ними стоит очень важная птица.
Смуглый кивнул генералу и тот, устремив потерянный взгляд вперёд, обратился к строю:
- Доблестные солдаты Рейха! Я, генерал Эйке……..

26.08.2015, Всякая всячина

УМНИК

На подоконнике мирно ворковали голуби, в кабинете военного комиссариата, задумчиво улыбаясь чему-то своему, средних лет майор потягивал кофе и медленно почёсывал мощно выпирающий под форменной рубашкой живот.

- Здравствуйте, я по повестке. Интеллигентного вида мужчина шагнул в кабинет и без приглашения сел на стул.

Офицер со вздохом отставил в сторону чашку и поднял глаза:
- Вы получали разрешение сесть?
- Вы знаете, я даже не получал разрешения есть, однако ежедневно завтракаю, обедаю и ужинаю, - усмехнулся посетитель, - к тому же мне недавно сняли гипс и стоять немного неудобно.

- Военнослужащий должен стойко переносить тяготы и лишения воинской службы, - пробурчал офицер, - давайте ваши документы.
- Вижу вы тяготы и лишения переносите более чем стойко, рубашка не жмёт? А я, извините, являюсь сугубо гражданским лицом и стойко переношу тяготы и лишения другого плана. Вот повестка, паспорт, насчёт других документов не был проинформирован.

- Но вы же могли догадаться, - возмутился военный.
- Таланта такого не имею, а в повестке ни слова о необходимости обращения к гадалке за уточнением, какие бумаги я должен собрать для трефового вольта в казенном доме
- Почему это вольта?- в голосе офицера прозвучала явная обида.
- Т.е. сам факт обращения к гадалке вас не смутил, интересно, продолжайте, господин майор.
- Я товарищ.
- Кому? Явно не мне.
- Прекратите хамить!

- Кто хамит, я? Милейший, я вежлив, как цветок лотоса в лучах восходящего солнца, а немного повышенный психоэмоциональный фон связан с тем, что мне пришлось сорваться с завода и лететь в военкомат для того, чтобы вы рассматривали повестку в течение уже пяти минут. Я на ней ничего не нарисовал, клянусь. Объясните, будьте так любезны, цель моего вызова.
- Вначале уточним ваши данные. Фамилия, имя, отчество?

- Во второй руке, осмелюсь напомнить, вы держите мой паспорт, не соблаговолите ли его открыть, обещаю, что будете приятно удивлены, увидев ответ не только на этот вопрос, но и на несколько будущих.
- Фамилия, имя, отчество, спрашиваю ещё раз.
- Эгамберганов Худайберды Уралович.
- Прекратите паясничать, в паспорте указано другое!

- О Боги, свершилось чудо, вы последовали моему мудрому совету и всё-таки открыли эту забавную книжечку. Хотите подсказку – фамилия, имя, отчество в повестке, как бы это не показалось невероятным, полностью совпадают с тем, что указано в паспорте.
- Семейное положение?
- Всегда сверху.
- В каком смысле? Ответьте нормально – вы женаты?

- Дядя Фёдор, вы неправильное молоко пьёте, еще раз повторю – не будете ли вы так любезны внимательно полистать паспорт и обратить внимание, в том числе, на штамп, подтверждающий заключение брака, и, предваряя ваш следующий, вопрос – ниже штампы, касающиеся детей.
- Дети?
- Я только что ответил.
- Сколько детей? Отвечайте, как положено!
- 15, я отец трижды герой.
- У вас один ребёнок, хватит сообщать недостоверные сведения.
- Господин…
- Товарищ, – поправил офицер.
- Барин.
- Кто барин? – взорвался майор, - сейчас же прекратите!
- Прекратить что, - невинно осведомился посетитель, - отвечать на вопросы? Есть, ваш бродь.
- Кем работаете?
- Я спрашиваю, кем работаете?

- Отвечайте! – от крика мирно ворковавшие голуби испуганно взмыли вверх, щедро сдобрив следами испуга и подоконник, и окно кабинета.
Майор заскрипел зубами.
- Ага, значит, отвечать уже можно. Вы знаете, что, вероятно, обладаете способностью читать мысли?
- Это как? – растерялся офицер, вытирая платком вспотевшую лысину.
- Даже не задавая вопроса, вы можете увидеть ответ на него, он в вашей правой руке, на повестке, заполненной, насколько я понимаю, лично вами, указана моя должность.
- Откуда такая уверенность, что повестку заполнил я, вы обладаете даром читать мысли? – ехидно ухмыльнувшись, спросил военный.

- Элементарно, в слове Николаевич четыре грамматические ошибки, на такое способны только офицеры в звании не ниже майора.
- Что вы себе позволяете? Кто вас вообще вызвал?
- Вы, как это не покажется странным, именно вы. Я также был удивлён и задал себе аналогичный вопрос, очень надеюсь, что ответ на него скоро изрекут ваши благословенные уста.
- Вы можете говорить простым человеческим языком?
- Собственно, именно так я и говорю, но если я должен использовать лексику уровня первоклассника, то никаких проблем, дорогой вы наш человек, предупредили бы заранее. А теперь шутки в сторону, итак, цель моего вызова?
- Уточнение данных, - вздохнул майор, - изменений нет, можете быть свободны. До свидания.

- Рад был видеть, буду вспоминать со щемящей болью в селезёнке и ноющей в пояснице. Всего доброго.
Оставшись один, майор потянулся было за чашкой, но потрогав ее, недовольно скривился – кофе остыл безвозвратно.
«Нет, переведусь в другой район, здесь невозможно работать, одни умники и все с высшими образованиями, прямо академгородок, чтоб его. И как здесь на сборы кого призывать, если только с одним пообщаешься и два дня голова болит».
Вздохнув, майор задумчиво посмотрел в окно, а рука по сложившейся за многие годы привычке стала почёсывать мощно выпирающий под форменной рубашкой живот.

26.08.2015, Всякая всячина

АВАНТЮРА

Давно это было. Шли как-то добры молодцы, ратники удалые, в края далёкия иназемныя. Шли до пути торгового. Зело много люда тороватого да купеческого по тракту хаживало, да в государство несло товару всякого и, знамо дело, серебро да злато чеканное.
Да сповадились люди лихие на тот путь торговый набеги творить, купцов честных сталью засапоженной, кистенями да самопалами останавливать и добро всё себе забирать.
А потому молодцы лихие шли не ради красы – басы, а ради дела государева – боронить от ворога лютого тракт купеческий,
Не день и не два шли стрельцы удалые, да вышли на опушку лесную. Стоит там избушка скособоченная да огородик при ней малый. И в огородике том карга старая копошится.
- Ой ты гой еси, бабушка, да не дашь ли молодцам добрым водицы испити, а, ежели есть, то и хлеба краюшку пропитания ради, - десятник стрелецкий молвил.
Подняла голову бабка старая, а глаза-то у неё огнём светятся, да как вскинулась она, как зубом своим клацнула, как схватила клюку свою наперевес и как возопила зычным голосом:
- А пошли вон, ироды, ишь, басурманы, водицы вам испить, да испейте из копытца козьего и лепешкой коровьей закусите, нехристи.
- Да что ты молвишь такое, ведьма старая – десятник стрелецкий подбоченился, - какие ж мы нехристи, али креста не видишь на нас?
- А мне на вас, что крест, что вымя, - не дам ни водицы ни хлебца вам, поганцам, а ну пошли прочь с моего огороду.
И свершилось чудо - чудное и диво дивное, взмахнула бабка клюкою своею и упал с коня богатырского ратник младый, взмахнула другой раз – и посыпались наземь стрельцы, как горох.
- А ну, молодцы – возовопил десятник, - не посрамим стяга нашего, да избавим землю от ворога лютого.
И пошли в атаку мужи суровые, и заблистала сталь булатная и полилась рекою кровушка молодецкая. Ибо бабка то хоть и стара казалась, а летала с клюкою своею гнутою, аки сокол степной и не было от неё защиты ни мечом, ни щитом.
- Ах вы, ироды , поганцы инородные, ишь, хлебца вам захотелася да водицы чистой. Живая покедова не быть вам сытыми да напитыми, - молвила бабка старая и махала палкою своею.
Долго ли коротко ли, ан и окончилась битва страшная, напиталась землица русская кровушкою молодецкою, полегли у избушки скособоченной соколы храбрые, только один, мальчишка совсем, за щитом спрятался.
- Ишь ты, живой, - скрипнула зубом старая ведьма, - инда сбудется воля Божия, сохраню я жизнь твою поганую, отрок, только помни – кто мой огород топтать будет, примет смерть страшную, так и молви боярину своему высокородному, а то и государю, коли Бог даст. Да только молви слогом моим, всё ли понял, всё ли уразумел?
- Всё, матушка моя – перекрестился отрок
- А таперича беги отсель, покамест я не передумала, - расхохоталась бабка, обернулась волчицею чёрною и убежала в лес дремучий.
……………………………………
- Всё так же?
- Так точно, на древнерусском, сотый раз кричит эту сказку.
- Ваше мнение, доктор?
- Может, это не моё дело, но, если позволите, - я ему верю.
- Я бы очень хотел, чтобы вы ошибались...

«Дорогая Гретта, сегодня мы нашли единственного выжившего из карательной группы, отправленной на поиск и уничтожение партизан, досаждающих нашим войскам диверсиями на железной дороге. Бедняга совсем лишился ума, он утверждал, что их перебила одна единственная старушка, которая потом превратилась в волчицу и убежала в лес. Сейчас в отдельной палате в санчасти на древнерусском языке он рассказывает сказку об этом. Рассказывает не первый и не второй раз. Это жуткое зрелище. Истинный ариец, ни слова не знавший по-русски… А теперь начисто забывший язык своих предков».
«На месте боя мы внимательно исследовали каждый метр, единственное достойное внимания обнаружили в ветхом домике, где, по слухам, жила старая знахарка. на лавке лежал ещё тёплое тело, вероятно, самой хозяйки. Странно, но в руках она сжимала окровавленную палку, а на её лице застыла улыбка. Больше вокруг не было никого, если не считать тел наших товарищей».
Обер – лейтенант Шульц задумчиво закурил.
«Война – страшное дело, кого-то она закаляет, кого-то лишает остатков сознания. Мы понимаем, что для 18-летнего паренька шоком оказался первый бой, в котором погибли все его товарищи, а его слова – просто галлюцинации в затуманенном мозгу».
Из леса донёсся протяжный крик "Живая покедова не быть вам сытыми да напитыми".Шульц вздрогнул и поперхнулся дымом. "Нет, это просто волчий вой". Потом, подумав, перекрестился.
«Очевидно, что рассказ солдата – бред, очень старая женщина против 15 закалённых в боях солдат - подобное невозможно даже теоретически, но… ни одного пулевого или штыкового ранения. Такое чувство, что все были убиты обычной палкой. Палкой... О Господи... У неё в руках была палка..... Я не хочу верить, но если, просто гипотетически предположить, что это правда – мне страшно представить, какой будет встреча с обычным солдатом, а не полуразвалившейся старушкой. Если это правда, то мы вляпались в самую страшную авантюру».
«Если это правда, то мы вляпались в самую страшную авантюру», - тихо повторил Шульц и, оглянувшись, перекрестился ещё раз.

26.08.2015, Всякая всячина

И АЗ ВОЗДАМ

- Мама, мне страшно…

- Ну что ты, не бойся, я рядом, - она ласково погладила сына по вихрастой голове, - ты же мой маленький рыцарь, помнишь, когда оса залетела в дом, кто бросился защищать свою маму?

Малыш улыбнулся и крепко обнял её за шею.

«Ничего, мой хороший, скоро всё закончится, ты успокоишься и уснёшь».

- А почему они кричат, им тоже страшно?

- Конечно, сынок, им страшно. Они очень боятся героя, который сейчас с волшебным мечом на моих руках.

- Да, он волшебный, - ребёнок стал весело размахивать маленькой деревянной сабелькой, - я всех врагов порублю, а потом придёт наш папа, правда?

«Правда, правда, очень скоро мы увидим нашего папу, осталось совсем немного, последние минуты – самые тяжелые».

- Мама, а почему ты плачешь?

- Я устала немного, давай присядем, хорошо?

Она опустилась на каменную скамейку, стоявшую рядом, и крепко прижала к себе сына.

«Когда-то муж специально притащил её из парка, сказав, что это символ нашего счастья – нахлынули воспоминания, - на этой лавке мы просидели весь вечер первого свидания, держались за руки, смотрели друг другу в глаза и молчали, а я мечтала о том, что у меня будет сын, похожий на него…»

- ВХОДИ. ВОТ РАЗНАРЯДКА, ПОДГОТОВИТЬ МГНОВЕННО, ВОЗРАЖЕНИЙ НЕ ПРИНИМАЮ.

- НО…

- Я СКАЗАЛ, ВОЗРАЖЕНИЙ НЕ ПРИНИМАЮ!

- НО ЭТО ПРОТИВОРЕЧИТ НАШИМ ПРАВИЛАМ, МЫ НЕ ДОЛЖНЫ…

- ЧЕРЕЗ МИНУТУ Я ВЫЛЕТАЮ, ИСПОЛНЯТЬ!!!

«.. Так и вышло, все от мужа – глаза, вихры, манера поджимать губы, весёлый и добродушный характер… Только не сын, а сын и дочь, близнецы. Жаль, что вместе с дочей к бабушке и малыша не отправила, одной легче было бы сейчас, эх, сыночек мой, виновата я перед тобой, очень виновата, что ж я послушала тебя, поддалась на уговоры, вот и мучаюсь теперь. Скорее бы уже, сколько можно».

Снаружи что-то загудело….

- Мама, мне жарко!

- Потерпи сынок, совсем немножко осталось.

«Да когда же, наконец. Ребёнок устал, испуган. Господи, прошу тебя, сделай так, чтобы всё закончилось быстро».

Гул нарастал…..

ТАК, ВОТ И ОНИ, ПОНЯТНО, НАДЕЮСЬ, УСПЕЮ, ИТАК…..

От усиливающего грохота закладывало уши….

Ей показалось, что рядом промелькнул силуэт, хотя, возможно, это была игра света и тени.

- Мама, мама, пахнет дымом, я боюсь!

«Началось, Господи, помоги нам».

- Сыночек! – ей пришлось кричать, чтобы было слышно сквозь грохот и треск, - сыночек, посмотри на меня, вытри слезки, всё будет хорошо, ты мне веришь, мой вихрастый?

- Да, - робко сквозь слёзы улыбнулся ребёнок.

- Тогда закрой глазки и крепко прижмись ко мне.

…………………………………………………………………………………

Внезапно наступила тишине. Малыш открыл глаза и осмотрелся вокруг.

- Мама?

- Всё закончилось, сынок, я же обещала, - легкая улыбка скользнула по уставшему лицу.

Она встала со скамейки, поставила сына на землю, и, взявшись за руки, они пошли навстречу немолодому мужчине, приближавшемуся торопливым шагом.

- УСПЕЛ?

- Не знаю, о чём вы, но, наверное…

- БОЛЬНО БЫЛО?

- Больно?

- ЗНАЧИТ, УСПЕЛ.

- Дядя, а вы кто, ангел?

От неожиданности мужчина споткнулся и, отвернувшись, пробормотал:

- ДА, БЫЛ ИМ, КОГДА-ТО…. ЛУЧШЕ ПОСМОТРИ, КТО ТАМ СТОИТ, - он показал рукой вправо и, кажется, немного улыбнулся, хотя, возможно, это была игра света и тени.

... В лучах восходящего солнца появилась фигура мужчины, он шёл, опираясь на палку, держа в руке пробитую фуражку, блеснули офицерские погоны…

-Папа! Мама, это же наш папа, - малыш радостно бросился вперёд, его вихры развевались по ветру, а вокруг разносилось звонкое, - Папа, папа!!!!

- ИДИ, ОНИ ТЕБЯ ЖДУТ.

- Спасибо вам, но я не понимаю…

- ЧЕЛОВЕКУ ДАНО ПРАВО ВЫБОРА, НО, К СОЖАЛЕНИЮ, ЧАСТО ЭТОТ ВЫБОР ПРИНОСИТ ГОРЕ И СТРАДАНИЯ.

- И вы?...

- ДА, И Я ИНОГДА ВМЕШИВАЮСЬ. ВОТ И ДЛЯ ВАС ОСТАНОВИЛ ВСЁ РАНЬШЕ.

- А разве вам это позволено?

- У МЕНЯ ТОЖЕ БЫВАЮТ ЧУВСТВА, - немного раздражённо фыркнул мужчина, - И АЗ ВОЗДАМ.

- ИДИ К НИМ, ОНИ ТЕБЯ ЖДУТ – повторил он…

Они шли вперёд, к свету, крепко взявшись за руки: опирающийся на палку офицер, маленький мальчик, восхищённо крутивший головой во все стороны и почти утонувший в простреленной фуражке, и молодая стройная женщина. В полной тишине только ласковый ветерок весело трепал подол её немного обгоревшего платья.

Они шли, не оглядываясь, лишь раз она бросила взгляд вниз – пьяные каратели, сидя на бронетранспортёре, с весёлым смехом глазели на пепелище, в центре которого на каменной лавке сидел обгоревший труп, крепко прижавший к себе крохотное обугленное тельце….

Вдруг по бронетранспортёру пронёсся неясный силуэт, хотя, возможно, это была игра света и тени. Легкий ласковый ветерок взметнул пепел и бросил его на топливный бак, крышка которого по чьему-то недосмотру была отвинчена. Крохотная искорка, словно резвясь, тихо влетела внутрь. Прогремел взрыв…

И АЗ ВОЗДАМ, - задумчиво повторил мужчина.

Шёл 43-й год…

26.08.2015, Всякая всячина

ЧЕТЫРЕ МАЛЕНЬКИХ СОЛНЦА
часть 1. Филиалы астрала есть по всему миру.

Примечание. В рассказе использована частично идея «Дневников Домового» автором которых является Евгений Чеширко, опубликованных на проекте Дневники.Онлайн. С его разрешения допущена схожесть окружения Домового в месте постоянного его обитания, а также запись в дневнике от 13 июня.


Мы, Домовые, стараемся лишний раз не отсвечивать перед людьми, времена не те. Это раньше было можно кукиш показать или кадку с печи столкнуть, а домочадцы только перекрестятся и попросят не бузить.

Сейчас людишки слабые пошли и нервные. Только вилку возьмёшь рассмотреть, ну да, повисла она в воздухе, и чё? Так нет, крики, вопли, Хозяйка орёт и вот уж её Хахаль святого отца вызывает, чтобы святой водой окропил b ладаном окурил, потом притащил экстрасенса.

Святая вода – это здорово, мы чистоту любим, да и ладаном накуриться можно до помидоров в глазах. Плюс батюшка всегда новости расскажет, оставит гостинец, сразу настроение поднимается.

А вот экстрасенсы портят настроение и нервируют. Ну что ты выкатил глаза и камни перебираешь? Как дам этим камнем в лоб сейчас, чтобы заикаться начал. С духами он разговаривает, это не духи, а Халка пучит, Хахаль вон уже нос зажимает, да и Кот на кухню ушел.

Халк и Кот – это живность нонешних хозяев. Кот он и есть кот, а Халк – собак породы «осторожно, задавите», по причине крысиных размеров сильно умный и ударяющийся в буддизм, особенно как ладана накурится.

Ясен поп, что настоящий Хозяин в доме я, а Хозяйка с Хахалем просто так – «чадят» в моем имении (на то они и домочадцы) по «про писке». (Спросил у Кота про что это, тот засмущался и почесал свои фаберже, говорит, они - эталон сияния у людей).

Жили спокойно, я по мелочам веселился иногда, когда покурить хотелось особенно, а тут узнаю, что стал знаменитостью. Это Евгений Чеширко (чтоб ему лишний раз не кашлялось) стал дневники мои в сеть выкладывать. И ведь прямо так и назвал – «Дневники Домового» и слово добавил «онлайн». Я сразу обиделся и за этот «онлайн» хотел ему устроить вечный «не в сети», уж и голубя с телеграммой тамошнему Домовому подготовил, но… тут случилось такое дело. В общем, пусть и дальше мои дневники выкладывает.

А я пойду Хахалю порядок наведу в портфеле и обувь почищу, Хозяйке верну все её заколки, вычищу лоток Кота и спою вместе с Халком (он давно просил). Спросите, почему я стал таким добрым?

Потому что видел четыре маленьких ярких солнца в глазах….

13 июня.
… Халк сказал, что ему все равно, где помирать. Успокоил его, сказав, что филиалы астрала есть по всему миру.

2 июля

Ух, спасибо батюшке, ладан с тмином, это же….., ну и забористый. Кот уже просит сделать огранку своим фаберже. Халк катается по полу и орёт – приди, астрал, приди

3 июля, 9-00 (передний край)

- А я, когда вернусь, построю дом, самый красивый в деревне – мечтательно затянулся самокруткой Василий.

- Хорошее дело, - пробурчал Семёныч, выкладывая гранаты на бруствер окопа, - только про Домового не забудь, это душа дома.

- Так я его сейчас и найду – задорно рассмеялся солдат и, надвинув пилотку на глаза, встал и крикнул - эй, кто ко мне в будущий дом хранителем! Выходи!

- Воздух! Ложись!

3 июля, 9-05

Филиалы астрала есть по всему миру… Мама, куда меня тянет? Последнее, что увидел – это Халк с квадратными глазами, нервно икающий Кот и … Ой, это на меня летит? Бомба? Пошла отсюда, болванка тупая…. Бросаю курить.

3 июля, 9-40 (передний край)

- Пить…

- Ты смотри, живой! – радостно загудели вокруг, - почти прямое попадание, а живой! Вылечишься – поставь свечку своему Домовому, спас он тебя, Василий.

- Где я? Ничего не помню, – прохрипел красноармеец.

- В окопе вы были, а Семёныч…, - эх, - перекрестился седой старшина.

- Давайте носилки – теряя сознание, услышал солдат.

3 июля, 10-00

Ничего не понимаю, куда я попал. Лес, лес? А мой дом, Халк, Кот, где я?????????????????????

- Витаю, сынок - услышал слева.

- Дзень добры пану, - раздалось с другой стороны.

3 июля, 10-01

Повернувшись, я увидел… - Домовые?

- Так, Пане – усмехнулся щеголеватый тип в конфедератке и продолжил с мягким ударением на предпоследний слог, - я естэм Хованец, э, польски домовы.

- А я Дамавик, белорусский домовой - улыбнулся бородатый дедок в «партизанке» и добавил, - ты, сынок, в Беларуси, деревня Водца, Кореличский район.

- Дзисяй тшэцяго липца, то ест сегодня 3 июля по руски, 44 року.

3 июля, 10-10

Это – шутки астрала или розыгрыш? Вернусь, убью экстрасенса, камнем в глаз и Халком по голове.

- Нет, твой экс, вот же, сенс который, не при чём, помнишь солдата, которого унесли, Василий звать, после войны он построит твой дом.

- Пан мувиць, жэ тэн жолнеж, э, по войне построит дом, в ктурэм ты и поселишься.

- А ты оказался здесь, чтобы спасти его жизнь, иначе – нет строителя, нет дома, значит, нет и Домового, наша судьба – спасать свой дом всегда и во все времена, для того и существуют везде филиалы астрала, - подмигнул Дамавик.

3 июля, 10-15

Значит, бомба, которую я оттолкнул – это не вина ладана с тмином, она была настоящая?. Я закрыл и открыл глаза, ничего не изменилось: два Домовых стоят передо мной… Нет, что-то… , что-то не так, почему двое, здесь, в форме? Брр, прав был Хахаль, когда ……. Стоп, Хахаль, Василий... Точно! Отец Хахаля, Хозяйка его ещё свёкром называет, он же Васильевич!

- Гляжу, ты уже и сам понял, сынок, - улыбнулся Дамавик

- Зобач, яки разумны хлопак. Добра нам змена пшыйдзе, Дамавик!

3 июля, 10-17

Нет, без ладана не обойтись, почему я их сменить должен, мой дом – это мой дом. Дом!!!! Почему они без домов?

- Да, сынок, мы без домов, - Дамавик смахнул слезы, - мой сожгли в Хатыни в 43.

- Муй в Варшаве в 39 быу знишчоны, - Хованец тяжело вздохнул.

- И по закону, если дом уничтожен, его Хранитель имеет право выбора: ждать новый или помочь людям в войне с уничтожителем домов.

- И тэраз э, вся земля, ест наш дом, таки наш выбор и мы тутай не едны, э. не одни.

3 июля, 10-25

Домовые без домов, помогающие воевать людям. И их много? Правильно, я помню, как-то Хахаль смотрел по телевизору фильм о войне и там взрывались дома…………..

- Тэраз, э, сейчас мы обронцы войсковых будынкув, э, на русском, охранники военных сооружений, таких як блиндажи, палатки, доты.

- Предупреждаем солдат об опасностях, налётах и обстрелах, а можем и спасти их жизни, отдав свои.

3 июля, 10-33

Мы бессмертны, мы души домов, мы не можем умереть, это бред!!!!!

- Вот зараз дам по мягкому месту, хоть ты и мал ещё, сынок - рассердился Дамавик, - какой бред? Это правда!

- Пан, мы мамы, э, имеем возможность ахвяры, то ест жертвы.

- Посмотри вправо, видишь, перед высоткой деревья склонили головы? Там вчера погиб Рарашек, Домовой из Чехии, его дом сожгли под Прагой, он не пустил наших солдат в атаку, собой подорвав минное поле. Добры был Рарашек, заводной, вот как ты, - улыбнулся Дамавик.

- И кеды, э, когда Пан зобачыць таке, э, пшэпрашам, як то по руски – когда увидишь таки дерэвья, ктуры склонили маковки…

- Это могила твоего собрата, поклонись ей, добра? – Дамавик обнял меня за плечи и заглянул в глаза…

3 июля, 10-40

..Мне показалось, что на меня смотрит маленькое солнце

3 июля, 10-42 (передний край)

- Товарищ капитан, прибыл связной отряда им. Кутузова, партизаны вышли на заданный рубеж и готовы к атаке.

- Отлично, через 15 минут начинаем, сигнал – две красных ракеты.

- Здоровеньки булы, шановни добродии!

- Знакомься, Домовой, это Хатний дидко, украинский Домовой из Киева, а несётся к нам твой земляк – Домовой из Сталинграда.

- Всем привет, готовьтесь, начинается. О, земеля, ты извини, нам переговорить нужно, мы отойдём, - скороговоркой просипел прибежавший.

3 июля, 10-47

Мама дорогая, четыре Домовых! Пока они отошли, что-то обсудить, я незаметно вытер слёзы, никогда не плакал. Что со мной…….. Надеюсь, не заметили, не хочу выглядеть слабаком перед ними.

3 июля, 10-57 (передний край)

- В атаку, за мной, УРА!

- Пора и нам, - неспешно встал Дамавик, - будем прощаться, сынок!

3 июля, 11-00

- Как прощаться? Я не хочу, я не маленький и пойду с ними!

- Нельзя тебе, земеля, - обнял меня Домовой, - ты молодец, спас дом, скоро вернёшься к нему. А нам пора туда, где бой, видишь, слева, у опушки партизаны поддерживают атаку наших.

- Эх и гарно козак там з кулемёта вражину стелить, - рассмеялся Хатний дико.

- Нашей крови, - гордо вскинул нос Домовик.

- А то, Панове, нашэй обцэй крыви.

- Ну што, брацця, повоюем за ридну зэмэльку? – лихо махнул чубом Хатний дидко.

3 июля, 11-05

- Стыдно как, слезы потекли сами по себе, я почувствовал, что вижу последние минуты жизни моих новых друзей.

- Мужчина не должен стыдиться слез. Не переживай, земеля, за нас. Скоро появятся немецкие танки, если их не остановить, атака захлебнётся и многие погибнут. Мы решили, что наш выбор – спасти людей.

3 июля, 11-07

И того лихого пулемётчика?

- Нет, он останется на опушке с нами, ну, бывай, земляк…

- Будзь здровы, Пан.

- Удачи тоби, не журыся.

- И не обижай Хахаля, сынок, он хороший человек.

3 июля, 11-10

Они медленно уходили, потом одновременно остановились, обернулись и помахали мне рукой. Наверное, из-за слёз мне показалось, что в глаза засветили четыре маленьких солнца.

3 июля, 11-12

На опушку выехали четыре танка, но пулемётчик бил не останавливаясь. Башня головного танка лениво повернулась и там, откуда строчил пулемёт, раздался взрыв. Земля ещё не успела осесть, как из воронки вылетели четыре ярких маленьких солнца, которые стремительно, разделившись в воздухе, накрыли каждый «свою» цель. Раздался оглушительный взрыв…

3 июля, 11-15

- Ты очнулся, - Халк и Кот радостно запрыгали, - ты плачешь?

3 июля, 11-16

Перед моими глазами стояли 4 ярких солнца, молодой партизан - пулемётчик и склонившие верхушки деревья…

3 июля 1944 года в бою у деревни Водцы пал смертью храбрых партизан отряда имени Кутузова партизанской бригады имени Суворова Гавдей Николай Андреевич. Ему было 22 года. Когда его нашли, он лежал, сжимая в руках изувеченный пулемёт, на губах застыла улыбка, а в невидящих глазах светились маленькие солнца, их было четыре…

25.08.2015, Остальные новые истории

САНКЦИИ

Полянка была заполнена до отказа: в центре, на огромном поваленном дубе гордо восседал белоголовый орлан, рядом, нервно подёргивая хвостом, ему на ухо что-то шептала жирная дикая утка. Птица секретарь с удовольствием огляделась вокруг. Все окрестные деревья были заполнены пернатой мелочью.

Гвалт стоял невообразимый, однако даже сквозь него прорывалось задорное чириканье – тройка хулиганистых воробьёв, сидя на берёзе, о чем-то увлеченно болтала с элегантным скворцом в сдвинутой на бок конфедератке и сойкой в лихо заломленном берете с помпоном. Через минуту к компании присоединился дрозд в каске. О чем они говорили, услышать было невозможно, но секретарь почувствовала, что от этой компании следует ожидать проблем.

Рядом с поваленным дубом стоял лось, между ногами которого беспрерывно шнырял взад – вперёд огромный кабан. Маленькие глазки с удовольствием смотрели, как центр полянки заполнялся важными гостями: вот в переднем ряду деловито отряхиваясь, появилась куница, за ней – бобёр в компании с надменно вышагивающим петухом, неторопливо подходили лев, корова, волк. Гостей становилось всё больше и больше, и тут кабан недобро сощурился: из зарослей ежевики тяжёлой поступью вышел медведь. Не обращая внимания на злобное хрюканье, косолапый деловито поправил нагретый солнцем камень, согнал с него нагло развалившуюся сороку и уселся, устремив немигающий взгляд на утку.

Трое хулиганистых воробьёв, скворец, сойка и дрозд, не обращая внимания, продолжали увлечённо беседовать, лихой берет был уже на голове одного из серых хулиганов, панибратски обнявшего смущённо опустившую глазки собеседницу.

Секретарь вопросительно посмотрела на орлана, тот великодушно кивнул головой.
- Внимание, - раздалось из расставленных по периметру раковин, - мы рады приветствовать вас на внеочередном заседании совета жителей большого и малого мира. Как вы успели заметить, кроме руководителей лесов разрешено присутствовать и простым обитателям, ещё раз от лица руководства совета сердечно вас приветствую, - секретарь приветливо махнула крылом в сторону облепленных деревьев.
Хлопанье крыльев, клекот и прочее разноголосие заполнили поляну.
- А сейчас прошу тишины. С огромной радостью хочу сообщить, что сегодня нас посетил представитель далёкого заокеанского леса господин белоголовый орлан.
Под приветственные выкрики гость надменно склонил голову.

Трое хулиганистых воробьёв со своими новыми знакомыми, мельком глянув в сторону поваленного дуба, демонстративно повернулись хвостами и продолжили беседу. Каска дрозда переместилась на голову одного из трёх смутьянов, при этом дрозд нервно пытался занюхать что-то своим крылом, а скворец смущенно икнул.

- Итак. В совет поступила информация о незаконных посещениях одного из лесов зверями из дубравы. Предлагаем выслушать хозяина несчастного леса и, с позволения нашего высокого заокеанского гостя, принять решение о применении самых жёстких санкций к нарушителю. Господин кабан, просим.

Кабан вынырнул из-под ног неподвижно стоящего лося, подбежал к президиуму, что-то хрюкнул в ухо дикой утке и заискивающе поклонился орлану.
- Дорогие братья, пришёл я к вам со страшной новостью, из соседней дубравы без просу к нам приходят злобные дятлы и волки, куницы и лисы....

Уже знакомая нам компания, по очереди отхлёбывая из пущенной по кругу каски, заинтересованно прислушалась.
- .......А еще ядовитые гадюки...

Скворец что-то шепнул одному из воробьев и натянул ему на голову свою конфедератку, тот кивнул головой и вспорхнул с ветки, сойка и два других хулигана пытались оттащить от каски икающего дрозда.
.... Мало того, вчера в наш лес вошли крокодилы, которые…

- Эй, свинья, - неожиданно раздалось сверху, - у тебя спина не болит?
Кабан недоумённо поднял голову – на рогах всё так же неподвижно стоявшего лося сидел слегка пошатывающийся воробей в надвинутой на клюв конфедератке.
- В каком контексте? – выступающий неуверенно посмотрел в поисках поддержки на председательствующих.
- В кост.., в сонк.., чтоб тебя, я говорю – трындеть не мешки ворочать, а, беженец из колбасного цеха?
- Да у меня есть доказательства, вот они, - торжествующе хрюкнул кабан и поднял вверх кусочек крокодильей кожи и огромный зуб, - их с риском для жизни добыли наши доблестные поползни.
На деревьях и полянке пролетел вопль ужаса.
- Что на это скажет представитель дубравы? – утка вытянула голову.

Медведь неторопливо встал, удивлённо посмотрел на нахально приземлившегося ему на плечо воробья в берете и с достоинством ответил:
- А я вчера переспал с Анжелиной Джоли, вот доказательства – её постер и использованный, ээээээ…
- Михалыч, - хулиган в берете нетерпеливо подпрыгнул, - да скажи ты прямо – ган…
- Что вы себе позволяете? – дикая утка возмущённо раскрыла клюв. Раздражённо сложив крылышки на груди, она и не заметила, как рядом приземлился взъерошенный воробей в каске. - Я сейчас вызову…

- Ахтунг! Партызанен!- раздалось над ухом.
Крякнув от неожиданности, утка рухнула вниз.
- А дед был прав, оно работает, - трое хулиганов громко расчирикались.
- О, я, я, даст ист фантастиш, - пьяный в полное никуда дрозд хихикнул и, не удержавшись, рухнул вниз, разгоняя запахом перегара встречных комаров. Растерявшаяся сойка, решив не оставаться в одиночестве, прижалась к скворцу. Тот что-то пробормотал и парочка взлетела в сторону динамично развивающейся смехопанорамы, правда, в лесном и гораздо более смешном варианте.

Медведь, поняв, что события пошли не по сценарию, сел на камень и с интересом стал наблюдать за происходящим действом. Его немного раздражал только скворец, в обнимку с сойкой усевшийся на голове, но по причине врождённого добродушия, он решил не обращать на это внимания.
- О, лошадка, - воробей в конфедератке сел на нос лосю, - хочешь сахарку, скажи иго-го.
- Иго – гооооооооооооо, - разнеслось над поляной.
- Заткнись, придурок, - кабан злобно ткнул копытцем сохатого коллегу, - ты же не конь.

- Ееей, кинасвале, ти бардзо добры шашлык будешь, я естэм сделаю такой маринад, вах, - кабан в полном аху.., простите, удивлении посмотрел на скворца, беспардонно усевшегося на пятак. Откуда у пернатого повара появилась кепка – аэродромка, так и осталось загадкой.
Утка наконец-то вскарабкалась на ствол и злобно зашипела в сторону ведущей.

- Попрошу внимания, прекратить гвалт, - несчастная птица - секретарь пыталась заглушить громкие аплодисменты, адресованные, надо понимать, спевшейся или, что более вероятно, спившейся хулиганствующей компании.
- Внимание, слово просит представитель заокеанского леса белоголовый орлан.

Через несколько минут наступила тишина. Утка настороженно покосилась в сторону непонятно когда снюхавшегося интернационала: на лапе медведя скворец и два воробья поддерживали шатающегося дрозда, третий, обняв сойку, что-то шептал ей на ухо, до утки донеслось «о, лямур» и «мистралька ты моя придурошная». Сам медведь во все глаза наблюдал за происходящим на его лапе кукольным театром и, судя по натуженному кряхтению, очень старался не заржать.

- Торогие трузья, - белоголовый с достоинством поднял клюв, - я, как представитель великого леса, не могу не осудить любую агрессию, тем более агрессию дубравы и тем более без нашего разрешения. Я претлагаю несамедлительно ввести санкции, а претоставленные уважаемым господином кабаном токазательства неопровержимо…
- Хошь банан, или ты их не жрёшь? – перед орланом, придерживая прильнувшую явно пьяную сойку, стоял воробей в берете.
- Штоооооооооооооооооо? – ошалев от наглости мелкого, выступающий медленно поднялся и расправил крылья, - в моём лице вы оскорбляете….
- Закрути меня в педали, вылитый монтана, - к компании присоединился воробей в каске, - э, братэлла, слабо клювом лампочку выкрутить?
- Я требую… - возмущённая утка попробовала вмешаться
- Иго - го, - разнеслось над поляной. Кто бы сомневался: на носу лося уже сидел воробей в конфедератке.
Кабан в бешенстве лягал своего коллегу.

Медведь закрыл глаза и изо всех сил пытался сдерживаться.
- Прекратить! – вопль утки заставил подпрыгнуть даже орлана. Повернувшись в сторону лося, взбешенное крякающее создание спросило:
- Да чего он ржёт постоянно?
- Он думает, что это новогодний утренник и скоро дедушка Мороз принесёт подарки, - мгновенно последовал ответ от кого-то из неугомонной троицы.
Дикий хохот потряс поляну. Кабан в изнеможении опустился на свой жирный зад. Медведь ещё держался.

- Вы не понимаете, дубрава для вас всех – это угроза, угроза, нас кто –нибудь слышит! - потерявший невозмутимость орлан и утка хором пытались перекричать нарастающий гул.
- Яблоки наааааааа снегу, их биттен зи на белом, - синхронно раскачиваясь, запели скворец и дрозд.
- Иго - го, - добавил лось. Но воробья на носу не было, вероятно, это стало уже привычкой.
Кабан, смущенно оглядываясь, тихо потрусил прочь. Медведь ещё держался.
- Да кто вы такие, - орлан и утка бешено защёлкали клювами в сторону обезбашенной интернациональной гоп-компании.
-Мы? - выстроившись в ряд, громко крикнули три воробья, скворец, дрозд и сойка, - мы – народ, и нам решать, с кем дружить, кого послать, понятно вам, цыплята – гриль?
И рассевшись на рогах периодически игогокающего лося, мелкие хулиганы и их друзья запели:
-Вставай, страна огромная…
С диким хохотом медведь рухнул с камня.
Об агрессии и санкциях не вспомнил уже никто.

Вот так дружный птичий интернационал, воробьиное нахальство и немного алкоголя прекратили зарождающееся напряжение в лесах. Как бы хотелось, чтобы это произошло и в нашей жизни.

Рейтинг@Mail.ru